– …мужней сестры дочь. У них вся семья такая – молчуны. Свекровка меня лишь раз и позвала помочь, когда свёкор помер. Я уж к ней по-ласковому, говорю: "Помер мужик-то, как жить теперь будешь?". Спрашиваю: "Не снился? С собой не звал?". А у ней ни слезинки – что мужа схоронить, что котят придавить – разницы нет. Только и говорит мне: "Ты, верно, устала, Арисьюшка, поди домой, отдохни". Да. Любила меня больше своих, как придём навестить, завсегда самый большой кус пирога мне отделит. Мужа моего пошлёт забор поправить или гряды вскопать, а меня и попросит: "Ты уж проследи за ним, Арисьюшка, женский глаз зорче в хозяйстве". Доверяла, да.
Я постаралась незаметно оттянуть рукав и глянуть на часы. Время – два часа. До ночи ещё долго. Что же делать? При этой говорунье ни планшет не вытащить, ни телефон. Славно, конечно, валяться и разглядывать Тошкины чешуйки, упругие и блестящие, но не весь день же! Да и этот нескончаемо льющийся монолог утомил, я очень понимала эту неведомую свекровь, только пирога под рукой не было. Встала, ещё не зная, чем займусь, а мне уже дело определили:
– Деточка, ты по нужде собралась? Возьми чугунки, поставь под дождик, надолго зарядил, успеет наполнить-то. А обратно дров ещё захвати…
Я выскочила за дверь, захватив чугунки, поставила их в центре полянки. Так, надо магические галоши, иначе мои ботинки долго не протянут, и зонт.
Небо плотно затянуло серой пеленой, ливень перешёл в моросящий дождик. А выстиранное бельё вообще не имеет шансов высохнуть в корзине. В рюкзаке была верёвка, но возвращаться не хотелось.
Как же Олег сушил футболку?
А если попробовать тот же пылесос, только пусть будет водосос?
Кхм, Эмма Петровна меня бы не поняла, сказала бы, что я подхожу к вопросу совершенно без выдумки.
Во! Пусть будет испаритель-разглаживатель! Два толстых крутящихся валика, я видела на картинке.
Первым делом убрала все наколдованные ранее магические мелочи, а то вдруг в итоге не хватит "пропускной способности"? Потом установила большой тент, накрывший меня с корзиной, хворост и свободное место для испарителя. Итак, два валика, неплотно прилегающих друг к другу, насажены на железные штыри, с одной стороны смыкающиеся шестерёнками, а с другой стороны соединенные планкой с дырками. Один штырь свободно торчал из дыры, а второй заканчивался ручкой, как на деревенском колодце, только из пластика, и, конечно, вся конструкция стояла на подставке, под которую я сунула вторую корзину. По идее, именно туда будет сваливаться высохшее бельё.
Первоиспытательницей стала тряпочка от Ёжиковой хламиды, на удивление хорошо переносящая все сваливающиеся на неё испытания. Она успела побывать бинтом, марлей при промывании крупы, доской для разделки рыбы, веником, мочалкой, да мало ли чем!
Постаравшись максимально аккуратно разложить тряпочку на одном из валиков, я крутанула ручку. Тряпочка зашипела, выбрасывая клубы пара, и в подставленную корзину спланировал отглаженный сухой лоскут.
– Получилось!
– Я уже говорил, что ты любишь всё усложнять?
Я подпрыгнула от неожиданности и повернулась. Рядышком с кучей хвороста сидела на корточках любопытная компашка: Ёжик, Тамия и Тошка, куда ж без него.
– Что это у тебя, гладилка? – Ёж спросил, будто и впрямь видел конструкцию, – если зубцы шестеренок сделать помельче, то прокручиваться будет ровнее.
– Ты видишь? – удивилась я, – а ты, Тамия?
Все трое синхронно кивнули.
– Даже ты, Тошка? Здорово!
"Значит, у меня новый уровень! Я смогу больше!"
– Можно было пылесос на втягивание воды переделать, – Ёжик разглядывал планку с дырками, – у тебя сейчас эта палка выскочит, сделай тут заклёпку какую, что ли, чтоб дальше не уходила, или с другой стороны на палке устрой расширение, – он поднёс раскрытую ладошку поближе к валику, – холодный. Чем же он испаряет?
– Магией, – уязвленно проворчала я. Мои прежние магические поделки никто в этом мире не видел, следовательно, не критиковал. Ну что ж, если бояться замечаний, то в академию можно и не ходить, возвращаться на печку. Ан нет, Тошка в браслет уже не свернётся. Струсить не выйдет. Значит, принимаем критику к сведению и улыбаемся! – Будешь ручку крутить?
За полчаса мы неторопливо высушили-прогладили всё выстиранное бельё, даже джинсы. Тамия тоже осмелела и попросилась помогать, тем большим сюрпризом для неё стало развеивание гладилки. В видимой магии оказались свои плюсы.
Арисья гордо возвращалась в село верхом на Панге, которую вёл в поводу Арсид.
Мы с трудом пережили в её обществе два дождливых дня и сутки просыхания земли. Дольше ждать никто не хотел, даже Арисья заторопилась домой после того, как Ёж торжественно ей пообещал поставить ситуацию на контроль старосты.