На первой же остановке, когда мы с Тамией направились в кустики, за нами, понукаемый взглядом Лавриса, тронулся один из всадников.
Нет, так не пойдёт. Я подошла к новому начальству. Калиф на час, а вернее – до прибытия в столицу – Лаврис встретил меня вполне дружелюбно. Светловолосый, как вся компания, кроме нас с Ёжиком, симпатичный и улыбчивый, от такого не ждёшь жесткости в решениях. Но уболтать такого сложнее, чем Егерта. Просто куртуазный вариант начальника.
– Добрый день, офицер.
Я остановилась прямо перед ним, не позволяя себя игнорировать.
– Леди, – он слегка обозначил поклон. Ну хоть так.
– Какие меры с нашей стороны вы считаете достаточными, чтобы предоставить девушкам необходимое уединение?
Во как загнула! На самом деле эту фразу я сконструировала заранее и даже повторила про себя пару раз, прежде чем подойти. Сейчас и узнаю, не бросила ли я бисер перед свиньёй.
Он даже глазом не повёл. Улыбка осталась такой же очаровательной.
– Чтобы защитить леди, я не могу допустить и малейшего послабления в обеспечении безопасности.
Вот змей. Зато не свинья, да.
– То есть вы считаете оскорбление скромности девушки защитой? – я распахнула глаза пошире и кокетливо склонила голову, – это так печально. А что случилось с предыдущими вашими подопечными?
– Что происходит? – незаметно подошёл Егерт, видно, уставший изображать незнакомца.
– Леди Ньера осчастливила меня разговором, – Лаврис улыбнулся, – а предыдущие преступники были в целости и сохранности доставлены в тюрьму, где и отравились несвежим супом сразу после допроса третьей степени. Поверьте, леди, они почитали себя счастливчиками.
Меня чуть не стошнило. Бледно улыбнувшись, я вежливо обратилась к Егерту:
– Десятник Толь, если так необходимо, чтобы девушек в лесу сопровождали, прошу выделить нам в охрану Дэва.
На мгновение Егерт заколебался, я испугалась, что он откажет. Однако сжалился:
– Дэв! Сопроводи девушек!
– Благодарю вас, – я постаралась поизящнее развернуться и идти лёгким шагом под взглядом двух тюремщиков.
Лес обзавёлся пышной листвой, замечательно скрывающей от нескромных взглядов. Найти укромный уголок можно было в паре шагов от привала, но мне надо было прогулять Тошку, истомившегося в рюкзаке.
"…отравились несвежим супом сразу после допроса третьей степени…"
Эти слова звучали в моих мыслях. Кажется, я только сейчас поверила, что всё так серьёзно. До этого я представляла, что после всех неудобств походной жизни под военным надзором суд всех выслушает, преступников повяжут, а нам раздадут плюшки. Ну не дура ли?
"…отравились несвежим супом сразу после допроса третьей степени…"
Это средневековье, детка. До суда дело может и не дойти. Чего судить, если и так всё ясно? Я сильно укусила губу, чтобы взять себя в руки. Тошка тревожно заглядывал в глаза, а Дэв оглядывался, чтобы не допустить близко лаврисовцев.
– Тошка, прогулялся, малыш? Полезай в рюкзак. Дэв, перед столицей я в присутствии Егерта передам тебе рюкзак, позаботься о Тошке, если мы задержимся, хорошо?
– Никто его не обидит, не беспокойся, Даша. Да вас и не будут задерживать, все гражданские иски с участием гвардии князя рассматриваются сразу, – Дэв смотрел так, будто сказал нечто утешающее.
– Вот и отлично.
Я позвала Тамию. Пора было возвращаться под надзор.
Неприятным сюрпризом стала ночёвка в приличном трактире и ужин, оплаченные Лаврисом. Нам с Тами выделили каморку без окон. Единственная дверь запиралась изнутри и снаружи на щеколды, в углу стоял горшок, прикрытый крышкой. Сэл внёс нашу сумку, так и не освобождённую от общих запасов крупы. Хотя… кто бы стал объяснять Лаврису, как она туда попала?
Не успели мы расположиться, как в дверь постучали, под охраной Лавриса вошёл трактирщик с подносом и свечой. Я быстро вытащила шубу.
– Прошу вас, офицер, передайте брату и Арсиду.
– Непременно, леди, непременно, – всё так же приятно улыбаясь, откликнулся Лаврис, – советую хорошо поесть и выспаться. Завтра до обеда мы должны достичь столицы.
"…отравились несвежим супом сразу после допроса третьей степени…"
Чушь! Не будет же он нас травить за сутки до итога путешествия? А почему нет? Чтобы до допроса дожили? Формальности, господа. Нет человека – нет проблемы. Я же не знаю, какие ему распоряжения дали.
Я схватила Тамию за рукав и подождала, пока посторонние выйдут за дверь и запрут нас. Задвинула щеколду и прислушалась. Сапоги и шлепанцы утопали в сторону столовой. На минуту шум из общего зала стал громче, а потом утих, отрезанный дверью в коридор. Рядом с нашей дверью кто-то вздохнул и переступил с ноги на ногу, скрипнув половицей.