Он радостно щёлкнул пальцами. На лбу большими буквами было написано "Эврика!".
– Вот оно! Твоя магия тяготеет к аналогии. Мяч, который за столько времени не сдулся, ты же даже не замечаешь, что постоянно подпитываешь его? Ты, по сути, не визуал, это я не прав был. В общем, надо обдумать.
– Ещё бы! – уважительно сказал Лой, – если на вопрос "хорошо или плохо", отвечают сотней слов, невольно задумаешься.
Я улыбнулась и попросила:
– Валь, мне бы посоветоваться?
– Легко! Что случилось?
– Нам выйти? – предложил Док.
– Нет, может всех коснуться, а может, у страха глаза велики.
– У кого? – не понял Лой.
– Я вечером расскажу эту сказку, если захотите. Появились намёки, что нашей группе может угрожать опасность. В первую очередь, мне, Ёжику, Дэву и, наверное, Алену, но я не исключаю, что попасть может по любому.
– Из-за первого луча, – утвердительно произнёс Док.
– Откуда ты знаешь?
– Когда он подошёл, за мной стояли стражники. Говорили громко. Кажется, один из них родственник бывшей невесты, а второй – бывший любовник. Они держались в рамках, поэтому я промолчал.
Через полчаса удалось собрать всю команду и расположиться по трое на койках. Вальцан накрыл каюту звуконепроницаемым коконом, и я начала.
– Все вы видели, что произошло при отплытии, а скоро наверняка услышите ещё дополнительные сплетни и слухи. Если всё останется в этих пределах, то можно только порадоваться. К сожалению, у меня появились основания считать, что любому в нашей команде может угрожать вполне реальная физическая опасность.
– Леди Виера предполагала нечто подобное, – выдал Арнис.
– Я ещё удивлялся, как тебе разрешили взять столько охраны и своего мага в придачу, – усмехнулся Вальцан.
Оставалось только глупо хлопать ресницами.
– Эй, парень, как тебя, Ален, ты, случайно, не замаскированный воин? – окликнул Рей художника.
– К сожалению, нет. Но лорд Гросс выдал мне такое количество амулетов, что, наверное, я смогу остановить небольшую армию, – скромно улыбнулся юноша.
– Ёжик, ты чего молчишь?
– Если ты сделаешь шаг назад из картинки, то ты сама поймёшь, Даша.
– Некогда здесь в загадки играть, – буркнула я. – Предлагаю, пока всё не успокоится, ходить по двое. Кстати, особенно касается тебя, братишка, и Алена, как известного художника, за которого мы отвечаем.
– Предлагаю запустить диверсанта во вражеские ряды, – конечно, это Ёж.
– Свою кандидатуру? – улыбнулась я лучшему в этом мире специалисту по работе с информацией и дезинформацией.
– Увы, – ухмыльнулся мальчишка, – Дэва.
Сказать, что мы удивились, мало, мы были потрясены. Первым начал хохотать сам Дэв. Остальные присоединились, особо остроумные пытались комментировать:
– Он будет за ними ползать и записывать разговоры!
– Или прятаться под койкой и выведывать планы!
– Вот это я называю родственной протекцией!
– Ха-ха-ха.
Тошка вертел во все стороны головой, фиолетовые глазёнки сверкали и буравили разошедшихся шутников. Устав ждать, он зашипел. Народ начал успокаиваться.
– Я объясню с вашего позволения, – как ни в чём не бывало продолжил Ёж. – Тебе не надо делать ничего особенного, брат. Ты же знаком со многими из стражников? Наверняка прихватили цвет аристократии.
– Ну да, знаком, и что? – Дэв подготовился к худшему.
– Ничего, подходи, здоровайся, беседуй, рассказывай что-нибудь.
– Например?
– Например, как нас Хозяин леса вывел. Могу спорить, что такое нечасто случается, верно?
– И всё? – недоверчиво спросил Дэв.
– И всё, – подтвердил Ёж, – особо не навязывайся, только чтобы держать линию: ты стражник – они стражники, ты аристократ – и они такие же. Если будут спрашивать про ситуацию, зови, я растолкую.
– А к магам? – спросил Вальцан. – Я пойду?
– Ты так и так пойдёшь, они столько интересного барахла прихватили, – ухмыльнулся Ёж, – но на самом деле я имел в виду Алена.
– Я не умею шпионить, – спокойно сказал художник.
– Твоя задача будет в другом. Одна из основных опасностей для тебя – то, что сестра согласилась тебя опекать. С другой стороны, никто не воспринимает тебя человеком из нашего лагеря. Будь мил, вежлив и не забывай прислушиваться к окружающим. Если ты вдруг сломаешь зубы, укусив барву, поверь, жалеть о чистоплюйстве будет поздно.