Мне на минутку стало так жаль, что я уже не узнаю эти задумки и не поучаствую в их реализации.
– Так что впишешь новый курс на 22-е и 25-е предпоследним занятием, но пока под вопросом.
– Хорошо.
– Давай, – кивнул шеф и ушёл к себе.
Я разослала сообщения об отмене занятия и ещё раз набрала номер Олега.
– Олег, это снова Дарья.
– Слушаю.
– Мне льер заряжал мазь для лечения. Вы можете её как-то проверить?
– Тащите. Посмотрим, что можно сделать. Скажете на проходной, чтоб Нечаева позвали.
Так просто? А я у соседнего дома выплясывала. Навоображала-то! Мне стало смешно.
Сидеть с Редрихом на кухне, зная о нависшей ловушке, и болтать с Нессой оказалось очень сложно. Меня так и подмывало схватить льера за грудки и завопить прямо в изысканную рожу: "Мразь!". Поэтому я ушла в комнату под предлогом сборов.
Скоро заглянула любопытствующая Несса, увидела ворох одежды и осталась помогать. Мы развеселились, примеряли вещи, раскладывали в кучки: "пригодится в Йонисе", «отдать», "выкинуть" и "всё равно не расстанусь". К счастью, в Йонисе женщины носили брюки. Это не было общепринято, но воспринималось спокойно.
От летнего гардероба перешли к осеннему и зимнему. Курток у йонисских женщин не было, а пальто будет уместно. Шубка тоже не особо выбивалась из тамошней моды, за исключением меха. Но я уже решила, что возьму её обязательно.
А вот что Несса однозначно одобрила – маскарадный костюм цыганки. В нашей школе было принято, чтобы старшеклассники устраивали для началки новогоднее представление. Я тогда сама выступила и поэтом-сценаристом, и режиссёром, естественно, забрав себе самую интересную роль.
Со смехом рассказывала Нессе сюжет постановки и историю наряда: синяя юбка Зои, бабушкин цветастый платок и красная блузка эпохи семидесятых, уйма бус и серьги кольцами. В реквизит входили ещё тряпичная роза и карты.
Я нарядилась, прошлась: карты веером, юбка – колоколом! Подбоченилась:
В то время меня сильно интриговало бабулино «видение», поэтому я считала, что роль провидицы самая выигрышная.
– Надо же, помню, – удивилась я, – и всю сказку цыганка Дара помогает Деду Морозу искать злодеев с подарками, потом – Снегурочку, потом – детей под ёлкой. В общем, главный герой сказки.
Неудивительно, что Дед Мороз с компанией давно слиняли, а цыганку Дару малыши не отпускали, всё просили погадать. И всем цыганка гадала и говорила, куда идти после школы: в юристы, инженеры, в механическое училище, военное, пединститут…
М-да, а бабушка говорила, что дар в 25 лет просыпается. Или это была моя заявка?
– Даш, ты чего застыла?
– Воспоминания хорошие, – улыбнулась я.
– Юбку бери обязательно. Ещё бы одну, потемнее. Есть у тебя? Или лучше там у льерис закажешь. И платья бери, они лёгкие.
– Ты мне нарисуй или покажи, какие юбки на Йонисе носят льерис среднего достатка. А я в воскресенье сошью.
– Сама?
– Да конечно. Это легко. Главное, раскроить.
– Покажешь?
– Запросто. А бижутерию стоит брать?
– Конечно, бери. Мы в основном стекло и дерево используем в бусах.
– Они.
– И правда, – она радостно улыбнулась, – я теперь москвичка!
Утром я забрала у Димки завёрнутый в газетку тюбик мази. Наше общение свелось к нескольким фразам:
"Пришла?" – "Привет, принёс? Спасибо" – "Не за что. Пока" – "До встречи".
С Олегом слова пришлось переставить местами:
"Пришла, принесла?" – "Привет, спасибо" – "Не за что пока" – "До встречи".
На работе преподаватели, ворча, растаскивали из каморки своё барахло. Я утащила за Вовку его коробки, коробищи и коробусечки. Теперь этот хлам квартировал за моим столом. Было неудобно, но ради товарища я терпела.
Дни бежали. Я работала, помогала «потеряшкам», дома в пустующей комнате устроила склад вещей, которые мне хотелось взять с собой.
В воскресенье со Стардами устроили поход в магазинчик тканей и отдел бижутерии. Мы с Нессой надолго зависали, рассуждали о качестве материалов, необходимости "быть похожей" на местных, выбирали, спорили, а после обеда в своей комнате развернули кружок кройки и шитья.