— А эти… эксперименты Квадриптиха… — Фигаро прокашлялся и хлебнул коньяку, — они дали какой-то результат? Увенчались успехом?
— Насколько нам известно — да. По крайней мере, частичного успеха когорта Мерлина добилась. Почему проект свернули — непонятно, но, насколько мы поняли из сохранившейся документации, небезызвестный Луи де Фрикассо, например, который Лудо из Локсли — именно оттуда. Очевидно, были и прочие сверхсильные колдуны, однако об их судьбе нам ничего не известно… Хотя о Лудо, сами понимаете, нам ничего не известно тоже, но эта фигура историческая.
— Но таким образом, всё, что известно о Лудо…
— Враньё? Не совсем и далеко не всё. Вспомните основные факты его биографии: самый молодой выпускник Академии, получил полного магистра в двадцать три года, написал несколько классических трудов по квазиматематике, спас пару городов от чумы, грохнул несколько демонов, а затем в один прекрасный день просто отправился путешествовать. После этого Лудо видели то там, то сям, но, сами понимаете, это уже из области легенд. Да что там: говорят, он даже на Хлябь захаживал! Враньё в его биографии лишь то, что он родился в маленьком селе Локсли на территории современной Британии. Он «родился» в лабораториях Квадриптиха, и его духовный папаша — Мерлин Первый.
«Артур, сдаётся мне, сегодня вечером нас ждёт длинный содержательный разговор»
Артур-Зигфрид Медичи не ответил ничего. Но следователь знал, что его услышали: характерное потрескивание канала связи давало понять, что невидимое ухо Мерлина всё ещё торчит из Орба: Артур внимательно слушал.
При этом Фигаро не мог не восхититься Френном: на лице инквизитора не дрогнул ни единый мускул; оставалось лишь догадываться, почему Френн до сих пор не сделал себе карьеру карточного игрока в столичных салонах. Он спокойно откусил маленький кусочек бутерброда, задумчиво пожевал, промокнул губы салфеткой и, строго дозируя уровень любопытства в голосе, спросил:
— А как настолько секретные документы вообще попали к вам в руки? Не могли ли вы стать жертвой… м-м-м-м… дезинформации? Я слышал, старик Мерлин был большой мастак водить людей за нос.
— О, еще какой мастак! — Князь-колдун раскатисто захохотал. — Я, например, уверен, что старый прохвост по сей день жив-здоров, и шастает по миру где-то недалеко от Лудо. Если не вместе с ним. Но в том-то и проблема, что Башня — почти идеальный сейф. Почти, но не совсем. Войти в Башню и выйти из неё с чем-нибудь полезным — невероятная, фантастическая авантюра на грани фола, но, представьте себе, есть люди, которые этим живут и с этого кормятся. Разумеется, речь идёт о нижних этажах Башни; верхние, увы, для нас пока что недосягаемая высота. Но и на нижних можно найти крайне занимательные бумаги и приборы, поверьте.
— Но ведь все бумаги Квадриптиха и Старого Совета колдунов…
— …были уничтожены. Да, да, эту версию активно продвигали в массы атаманы Большой революции, которая, вроде как, снесла Квадриптих и ликвидировала власть колдунов. Но это враньё, как, впрочем, и абсолютно любые легенды абсолютно любой революции. Когда Мерлин, Моргана, Хаттаб и Альхазред свалили по своим особо важным делам, власть перешла к научной когорте Мерлина, в задачи которой, помимо всего прочего, входило также изображать Квадриптих. Ну, все эти двойники, заранее написанные указы… да вы и сами знаете, чего я вам буду историю колдовства второго курса пересказывать. Какое-то время всё катилось по инерции, но научная когорта сама по себе просуществовала недолго. Она состояла, главным образом, из стариков, а старики не вечны. Это молодёжь твёрдо знает, что будет жить тысячу лет, и перевернёт мир… В общем, как только обман Мерлина раскрылся, в Башне немедленно началась грызня за власть. Оставшиеся члены когорты не стали закручивать гайки — они просто упаковали чемоданы, и свалили восвояси. Как писал в своих записках один из приближенных к Мерлину академиков магистр Курасао, «…ничуть не жалею, что провожу свои последние дни на маленьком острове в Тихом океане окружённый зарослями душистых конопляных кустов, а не среди оглоедов, которые не умеют рассчитать элементарный блиц, но метят на трон». Ну, дальше вы, думаю, знаете: Второй Квадриптих, Третий Квадриптих — вот это всё… Так вот: хотя большая часть научной документации Башни осталась в надёжных хранилищах, данные экспериментов, служебные записки, отчёты лаборантов — такие горы бумаг просто невозможно было спрятать, а уничтожать их никто не думал. После начала эпохи борьбы за власть научный сектор деградировал с поразительной быстротой: всего тридцать лет понадобилось для того, чтобы государство запускавшее космические аппараты к звёздам превратилось в клептократическую помойку, которую, к счастью, сожгли на костре «запасные варианты» Первого Квадриптиха: их величества Фантик и Шарик, затем весьма ловко слив революционный актив в унитаз истории. А бумаги до сих пор валяются по всей Башне; никто из тех, кто резал друг друга в её тёмных коридорах, не то что не обращали внимания на эти тонны бесценных данных, но даже не могли понять, что это вообще такое. Проблема, однако, в том, что после революции Башня запечатала саму себя, включив какие-то системы защиты, и теперь попасть туда очень и очень трудно… А, может, оно и к лучшему, бес его разберёт. Мало ли, что можно найти в сейфах Мерлина — его научная когорта не знала берегов вообще: демонология, некромантия, эксперименты на людях…