— Начиналось всё как шахты. Когда-то нашли там серебро, много серебра. Стали разрабатывать жилу-то, и докопались до пещер, что давным-давно вода проделала. Через пещеры со стороны можно выйти на тот бок кряжа, на котором мы сейчас, шахты-то сами аж за хребтом… ну, показать — не покажу, не видно ни хрена… А потом как-то рванули в одной из штолен заряд динамиту, и попёр из трещин в стенах серный газ. Семьдесят человек шахтёров и всё начальство ихнее там полегло. Приезжал колдун — специалист из ссыльных — что-то там копался-копался, да и сказал, что есть в стенах полости, заполненные этой гадостью, а, сталбыть, разрабатывать жилу дальше нельзя. И чтоб жадные да дурные старатели туда не лезли, взорвал Белый отряд входы в шахты — те самые, что с другой стороны. А про пещеры они не знали, да и мало кто знает… Вот так, господин Фигаро. Место, сами понимаете, жуткое, да только останавливаются там охотники на ночлег часто-густо, и никогда никаких проблем не было. Вот, разве что, говорят, что по эту сторону горы волколаков видывали, да только в пещеры они не полезут. Там камень есть… ну, вы и сами всё увидите скоро. До пещер минут двадцать ходу… сейчас-то, допустим, час — вона как метёт!..
…Не час и не два, а почти три часа пробирались они сквозь снег и ветер. Стоило убрать ветровой экран, как снег тут же залеплял глаза, а ревущий ураган мгновенно выдувал из-под шуб всё намёки на тепло, продирая до костей. Ноги проваливались в снег, скрывавший под своей белой шубой острые как бритва камни, а ледяные вихри налетали, казалось, со всех сторон одновременно.
Поначалу следователь боялся, что из бурана может выпрыгнуть что-нибудь огромное и хищное, потом на страх не осталось сил. Только размеренное движение метронома: поднять ногу, опустить ногу, убедиться, что она стоит устойчиво, опереться на неё, поднять другую ногу…
Щит держали попеременно, но даже инквизитора хватило всего минут на двадцать. Идти же без кинетического барьера было совершенно невозможно; ветер сразу же прижимал к земле и забивал рот и нос снежной крошкой, так что Артур-Зигфрид, в конце концов, выругался, и повесил над ними какую-то сложную штуку, которую обозвал «адаптивным матричным щитом»: «…если что, то это Френн повесил… Научу, научу. Лет через сто. Может быть…»
Так что к тому времени, когда впереди показался темный бок могучей горы, Фигаро уже буквально едва стоял на ногах. На волокушу Тиккер не пускал, но следователь был не в обиде на маленького механика: тому трижды пришлось откапывать завязший в сугробе автоматон. Поэтому когда Сайрус, наконец, крикнул «пришли!» Фигаро уже был готов счастливо рухнуть в снег и пусть тащат дальше как угодно и куда хотят.
Но не тут-то было: оказалось, что не особо-то и «пришли». Сайрус вывел к нужному склону, но промахнулся мимо входа в пещеры. Следователь уже задумывался, не потерять ли ему от усталости сознание, но, тут, к счастью, Зойза обнаружил указательную вешку. Оказывается, они промазали не так чтоб и сильно.
И верно: вход в пещеры — почти занесённый снегом деревянный навес, вроде тех, что сооружают над поленницами во дворах, оказался буквально в ста футах левее. Несколько взмахов широкой деревянной лопатой, что нашлась неподалёку в маленьком сарайчике, и в белой стене открылась дыра, в которую без особых трудностей вошел автоматон, а за ним и остальной отряд.
Вход оказался идеально круглым и довольно широким. Было заметно, что тут поработали паровые отбойники: на стенах виднелись очень характерные засечки, оставленные стальными носами автоматов-проходчиков. Похоже, на этих раскопах использовали явно не каторжников.
Особенно следователя впечатлил пресловутый «запорный камень», как его называли Тиккер с Зойзой: короткий цилиндр входного коридора заканчивался огромной каменной дверью — по сути, просто здоровенным булыжником в два человеческих роста. Тиккер дёрнул какой-то рычаг в стене, зашумела вода и глыба со скрежетом и лязгом пришла в движение, закрыв собой вход. Что-то булькнуло, и стало тихо.
Фигаро машинально поднял палец вверх и над его головой вспыхнул колдовской «светляк». Теперь стало видно, что импровизированные ворота двигаются по двум широким желобам на тяжёлых металлических роликах чем-то смахивающих на вагонные колёса, а двигает камень система блоков и цепей, судя по всему, приводимая в действие примитивной гидравликой. Система была простой, но остроумной; следователь одобрительно хмыкнул. Такую «дверь», пожалуй, не сдвинул бы с места и дракон, не говоря уже о волколаках, да и начни оборотни каким-то мистическим образом штурмовать пещеру, жечь их шаровыми молниями в коридорчике по ту сторону каменюки было бы сплошным удовольствием.