— Опять вы мне льстите!
— Не думал даже… А подайте-ка мне, пожалуйста, большую ложку…
…Дверь распахнулась и на пороге возник Хорж от которого столбом валил пар (братья весь вечер кололи дрова на заднем дворе). Хорж сорвал с головы ушанку, схватил с блюда на столе кусок пирога с грибами и, затолкав его в рот, прошамкал:
— Фударь, к фам там пфишли! Фо рафоте, так фумаю!
— По работе?! — Следователь застонал. — Ну, хорошо, скажите, пусть… А вообще — пошло оно все! — он вдруг решительно схватил со стола бутылку водки и обернулся к Хоржу. — Скажи, что сегодня никакой работы, потому как следователь Фигаро уже пьяный! Вот! — С этими словами он опрокинул бутылку и прямо из горлышка выхлебал почти треть. — Видишь? Сейчас еще чуток и буду в дрова!
— Это правильно, это дело хорошее, — одобрительно закивал Хорж. — Токмо это не проситель, а почтмейстер. Сам господин Емеля Трамблер собственной персоной явились, говорят, срочное письмо для следователя Фигаро. Ценное! По личную роспись!
— А… Ну, тогда погоди, сейчас спущусь, если так… Сам почтмейстер, надо же!..
— Ого! Да это же королевская печать! — тетушка Марта изумленно поднесла руку ко рту. — Видать, Фигаро, вы и взаправду с королями якшались!
— А то! — Гастон запил наливку яблочным соком из банки и потер руки. — А ну-ка, открывайте, Фигаро!.. Хотя, черт — это ж, наверно, конфиденциальное…
Фигаро молча взломал сургучную печать, открыл длинный конверт из белоснежной бумаги с водяными знаками-вензелями и достал чуть смятый клочок бумаги на котором твердым каллиграфическим почерком было написано:
«Фигаро! Прошу Вас еще раз простить меня за резкие слова. Думаю, Вы не поверите мне, если я скажу, что никогда бы не отправил Вас на виселицу, поэтому постараюсь как-нибудь отблагодарить Вас более практически. Начать, думаю, можно прямо сейчас: в этом конверте — чек на Ваше имя, обналичить который Вы можете в любом банке Королевства в любое удобное для Вас время. Это, кстати, не только мой презент; тут и от Мари и от Клерамбо и даже немного от Малефруа (он, кстати, успешно закончил свои дела с Моржуа — все счастливы).
Не хворайте.
Следователь достал из конверта чек и посмотрел на него. Закрыл глаза, постоял так немного, затем снова посмотрел. Протянул чек Гастону.
— Гастон! Вы не подскажете, любезный мой друг, сколько нулей вы тут видите?
— Мать честная… — заместитель городского головы присвистнул. — Фигаро, да на эти деньги вы можете купить половину Нижнего Тудыма!.. Ох ты ж, твою ж дивизию… — он схватился за голову. — За это, я думаю, стоит выпить.
— Стоит? Стоит?! Да мне это необходимо! — возопил Фигаро. — Я таки из этой истории выберусь психически больным!!
— …и богатым как Матик.
— К дьяволу! — следователь схватил стакан и поднял его, расплескав часть водки на стол. — Давайте за здоровье!
— И за дам!
— И за дам, и за здоровье, и за Матика, и вообще за всех. За кого угодно, блин горелый…
— Ну, будем!..
— Ух… Неплохо, неплохо… А это что — жаркое?
— А вы не лопнете?
— А вы дайте мне сковороду и отойдите на пять минут…
— …стану следователем! — Гастон, размахивая вилкой, рисовал в воздухе какой-то замысловатый чертеж. — Вон, Фигаро говорит, что у меня талант!
— Ну, вы, как минимум, не безнадежны…
— Скажете тоже! — тетушка Марта принялась резать лопаточкой широкий пласт холодца. — Вон, возьмите хрен в банке… Да не вы — хрен в банке! На полке стоит — к холодцу! Кто ж холодец ест без хрена? Фигаро, скажите ему…
— Холодец без хрена едят язвенники, станционные смотрители, городовые, и, насколько мне известно, король Фунтик… Я — не ем. А где горчица?.. Спасибо… Так вот: еще холодец без хрена ела моя жена…
— Вы были женаты?!
— На первом курсе. Идиотская история; она потом увлеклась танцами и уехала в Париж. Сейчас работает там машинисткой… Еще без хрена ел доцент кафедры алхимии герр Вайсберг, но зато он обильно поливал это блюдо соусом «Тэб», а он вообще из чистого перца — в рот не положишь.
…Табачный дым сизыми пластами поднимался к потолку, завиваясь смерчиками у огня керосиновых ламп. За окном темнело; сумерки постепенно превращались в ночь. Часы на башне пробили восемь раз, и откуда-то с улицы донесся смех и взрывы шутих — через два дома по улице играли свадьбу.
— …а махнем на рыбалку! Наберем шашлыка, картошки, шалаш поставим…