— Я пока ничего не думаю. — Следователь пожал плечами. — И даже не считаю случаи гибели людей на фабрике убийствами, во всяком случае, пока… Хотя, признаться, все больше склоняюсь к этой версии.
— Вот как… — Флафф сжал губы. — Хорошо… А если я скажу вам, что это были именно убийства? Причем не просто убийства, а ритуальные убийства?
— Что?.. — Фигаро поперхнулся. — Вы хотите сказать, что здесь действует… эм-м-м… секта?
— Вот именно.
— В наш просвещенный век?!
— Да.
— Почему вы так считаете?
Флафф замер и некоторое время молча кусал губы. Затем осторожно спросил:
— А вы, когда гуляли по фабрике, не заметили ничего подозрительного? Совсем ничего?
Теперь задумался следователь. Фигаро немного помолчал, потер свой нос-картофелину, потом почесал затылок (видимо, эти манипуляции как-то способствовали мыслительному процессу), а затем вкратце рассказал о алтаре для домовых.
Флафф выслушал очень внимательно и не перебивая.
— Да, — кивнул он, — я такие видел. Но это даже не десятая часть того, что я видел еще. На этой фабрике творится нечто странное… Впрочем, смотрите сами.
Он сунул руку во внутренний карман и достал стопку белых квадратиков с зубчатым обрезом по левому краю. Фотографии.
Некоторое время в маленьком парке стояла абсолютная, соборная тишина. Флафф молча курил, а Фигаро рассматривал фотографии сняв перчатки и поглаживая пальцами глянцевую поверхность.
Все фотографии были одного типа: квадратные, размером чуть больше ладони. «Слепая» сторона снимков представляла собой обычную картонку с выдавленными игольчатым валиком-маркером цифрами «000-101-10» — метка фотомашины. Зато лицевая…
Фигаро впервые в жизни видел цветные фотографии, хотя и знал, что они бывают. Он подумал, что поднимать такой шум вокруг «гениального изобретения — цветной фотопечати» было, как минимум, глупо: цвета не отличались насыщенностью и, скорее, угадывались по слабому намеку на самих себя: голубая тень неба, едва заметная рыжинка кирпича, намек на красноту надписи запрещающего знака. Зато то, что было на этих фотографиях…
Первые два снимка, впрочем, не представляли особого интереса: на них были запечатлены фабричные рабочие. Вот трое работяг в серых комбинезонах курят возле шлагбаума проходной, а вот толпа людей выходит из ворот — конец дневной смены, судя по длинным теням на земле и плохому освещению.
Третий снимок был куда занимательней: трое рабочих стоят возле агрегата, похожего на непомерно разросшуюся паровозную трубу, оплетенную сложными змеевиками с манометрами. Один из рабочих, с нашивками младшего технолога на робе, высоко поднял руки, словно делая Упражнение Номер Три из «Наставлений к утренней зарядке и самостоятельному закаливанию», двое других занимались чем-то непонятным (фотографировали их со спины и рук почти не было видно), а на боку трубообразного агрегата ярко сиял…Фигаро сразу узнал этот символ-«солнышко» — он видел такой совсем недавно.
На четвертом снимке был подвесной мостик — следователь даже успел пройтись по такому — переброшенный от гигантского пресса к ремонтной платформе (Туск рассказывал про эти платформы довольно много и Фигаро помнил, что они крепятся к потолочным рельсам и способны перемещаться, практически в любую часть цеха). На мостике стояли четверо фигур в темных балахонах (ниспадающие капюшоны полностью закрывали лица), державшие в руках длинные свечи. В тусклом свете ночного освещения свечи казались черными. А может и не казались.
Последний, пятый снимок заставил следователя вздрогнуть — уж слишком он напоминал миниатюру Босха: большое круглое помещение с квадратным полом, пятиугольная жаровня в центре и извивающиеся фигуры вокруг. Именно «фигуры» — из-за резких движений тела и руки получились смазанными, а резко контрастирующее с темнотой стен пламя напоминало факел адского огня, извергаемый Лавовым Гелионом которого окончательно достала бригада колдунов-элементалистов.
Однако самым странным и жутким объектом на снимке был тонкий светлый вихрь над жаровней: словно тысячи светлячков поднимались к потолку, сплетая филигранные световые узоры. Сонм белых точек то ли поднимался по спирали к потолку, то ли наоборот, спускался в огонь, но выглядело это впечатляюще.
— Сложная эфирная структура, — пробормотал следователь.
— Вы знаете что это?
— Угу. Не могу предсказать конечный результат ритуала — это может быть все что угодно, от призыва Бойкого Демона до изменения погоды — но энергии задействованы немалые… Однако…