– Говоришь у тебя большой опыт? – спросил с вызовом экзаменатор.
– Я летал с тех пор как смог дотягиваться до педалей, – уверенно ответил Хифэ.
– Ну что ж. Тогда пропустим просто полёты, разгоняться и выдерживать курс любой дурак сможет. Начнём сразу со стыковок. Сначала класс D и рядом никого.
– Хорошо. Позвольте только на каждом новом корабле проверить его реакции по паре минут.
– Хм. Можно. Не спросишь, зачем это всё, когда есть автопилоты?
– Нет, – мотнул головой Кэр. – Автоматика может выйти из строя. Это на личных планетарных машинах ущерб будет незначительный. А тут можно и станцию с орбиты снести.
– Всё верно, – удовлетворенно согласился экзаменатор. – На автоматику надежды нет. Она нами управляла две тысячи лет. Из-за неё мы чуть войну фейсерам не проиграли. Кхм. Начинаем.
Далее Хифэ два часа маневрировал возле станций всевозможных конструкций в условиях разного количества трафика и на кораблях разных классов, дойдя до самого большого Х длиной более пятисот метров.
– Сдал? – спросил его Тео, ожидавший у выхода.
– А то! – просиял Кэр. – А ты?
– Да. На тройку.
– А нам больше и не надо.
– Я тоже также подумал.
Рюттер сдавал не управление кораблём, а устройство и ремонт корабельного крана, требования к обеспечению безопасносной перевозки грузов и действия в аварийных ситуациях. Теперь в одной из строчек личной карточки у него числилось «аккредитован для должности старпома на космических кораблях с численностью экипажа не более 2 человек».
– Нужно написать Моо, обрадовать его, – достал телефон Хифэ. – Пусть сбрасывает нам договора, мы их тут же подмахнём, и дальше Клешецки свяжется с нужными людьми, чтобы они обратили внимание на наше выгодное предложение.
– Только договора я сначала прочитаю, – сказал Тео. – Они хоть и типовые, но мало ли.
– Не доверяешь дядюшке Моо?
– Я никому не доверяю.
7 августа 6517г, пятница, 14:20 по общесистемному времени.
Германская Империя, система звезды Блискастель (HD 65583), станция на геостационарной орбите единственного спутника (Диллинген) второй планеты (Бремер).
– Всё, мужики, готово, – объявил докер.
– Да неужели! – воскликнул Тео. – Сколько можно то!
– У вас кораблик немаленький.
– Спасибо, – поблагодарил Хифэ и потащил за собой в трюм Рюттера. – Ну вот чего ты?
– Нет, ну а что? Ходит так вальяжно, на обеде целый час был, расспрашивает ещё про нас.
– Лучше он и ему подобные, чем СМИ.
– Тут не поспоришь. Они вроде утихли, кстати.
– Утихли, – согласился Кэр. – Устали ждать, когда мы якобы оправимся после путешествия и коротенько про нас написали. Никаких тебе выступлений по телевидению. Думаю, новость прошла не особо замеченной.
– Отлично! Всё, полетели уже! – чуть ли не приплясывая направился в сторону рубки Тео.
– Что ж тебе так не терпится то?
– Зубы меня ждут, зубы! Новенькие!
Ребята, подумав, решили, что им не нужны камеры анабиоза и продали их через фермера Моо, выручив себе деньги на выправление счёта до нулевого баланса и операцию для Рюттера на зубах. На станции спутника нормальной стоматологии не оказалось, получилось только сделать диагностику и моделирование челюстей, а вот на той, куда они собирались таковая имелась. Скорее всего, камеры стоили сильно больше перетёкшей на счета ребят суммы, так как дядюшка Моо, как они его называли, весь сиял от радости последние пару дней. Но пусть это будет ему приветственным бонусом.
– Корабль D823923 просит разрешения на отстыковку, – связался с диспетчером Хифэ, сев в кресло пилота.
– Корабль D823923, говорит диспетчер Дамион Зура. Пришлите данные по рейсу и составу экипажа и продублируйте их голосом.
– Диспетчер, данные сбросил. Рейс грузовой на орбитальную станцию планеты Бремер. Оценочный вес груза 1440 тонн. В экипаже пилот и капитан Кэр Хифэ, старший помощник Тео Рюттер. Работаем от фирмы Моо Логистикс.
– Не ожидал, что вы куда-то полетите. Кхм. Бронирую для вас окно вылета. Оно откроется через тридцать пять минут. Предварительно ещё раз свяжитесь со мной.
Без пяти три по станционному времени Кэр ещё раз связался с диспетчером и получил разрешение на вылет. Дверь трюма уже была закрыта. Зашипели и лязгнули захваты стыковочного узла. В космос выбросило немного воздуха из междверного пространства. Заурчали насосы в моторном отсеке, прогоняя через гравитационные движетели жидкость. Хифэ плавно нажал на правую педаль, и корабль стал набирать скорость. В лобовом стекле слева остались выносные причальные конструкции станции, и их место заняла полоса млечного пути. Размытой линией она протянулась по диагонали вниз, а чуть правее, сияя наравне со звёздами, висела крупная спиральная галактика.