Если вы сами инквизитор, то добираться до места вам придется пешком. Ну, в крайнем случае, на повозке местного лихача — вопреки общественному мнению, жалование у служителей инквизиции, прямо скажем, невелико. Это сволочная работа, и типун тому на язык, кто любит со смаком описывать гедонистические развлечения зажравшихся инквизиторов — жандармам платят больше.
Но Фигаро и представить себе не мог, что у дома Марты Бринн его будет поджидать самоходный фаэтон.
Сверкающее черным лаком чудо техники от «Фродо и СынЪ», фаэтон чем-то напоминал гибрид дорогой кареты и локомотива. Каучуковые покрышки, керосиновый двигатель в десять лошадиных сил, цепной передний привод, алхимические фонари дальнего света и возможность, в случае необходимости, быстро перейти на пружинный движитель — по столичным меркам это была уже довольно устаревшая модель, но все еще одна из самых шикарных и дорогих.
И уж точно фаэтон смотрелся на улицах Нижнего Тудыма, как минимум, странно. А под окнами временного обиталища младшего следователя Департамента Других Дел и подавно. Да что там — приземлись во дворике тетушки Марты личный цеппелин Их Величеств, Фигаро был бы не так поражен.
Двери фаэтона приоткрылись, и из салона полился теплый аромат крепкого кофе и «английской кожи», а затем до боли знакомый голос произнес:
— Ну же, Фигаро, запрыгивайте. Не напускайте холод.
Следователь крякнул и, вскарабкавшись на ажурную подножку, забрался внутрь. Фаэтон слабо качнулся на рессорах, а Фигаро подумал, что жизнь — смешная штука. Где бы еще он прокатился на самоходном экипаже от «Фродо»? Конечно же, только в Нижнем Тудыме — культурном и индустриальном государственном центре! Следуя этой логике, для того, чтобы совершить прогулку на паровой субмарине, ему следовало отправиться куда-нибудь в Малые Кочевряшки.
Салон фаэтона, как и предполагалось, был шикарен до неприличия. Декоративные витражные окошечки, мягкая темно-фиолетовая обивка в золотых лилиях, широкие кожаные сиденья того «вкусного» цвета, который иногда называют «глянцево-карминовым», пол выложенный маленькими деревянными плитками и куча серебряных и золотых завитушек там и сям, не несущих никакой функциональной нагрузки, кроме постоянного напоминания о цене всего этого великолепия.
Старший инквизитор Френн, развалившийся на заднем сидении, широко улыбнулся и протянул Фигаро руку. Следователь хмыкнул, но руку пожал. Инквизитор был одет в уже знакомую Фигаро коричневую клетчатую пару, что лишь подчеркивало неофициальность обстановки, но следователь напрягся: «…когда высокое начальство предлагает „поговорить по душам“, ухо следует держать востро вдесятеро больше супротив обычного».
— Я извиняюсь, Фигаро, — инквизитор виновато развел руки, — но, поверьте, дело не терпит отлагательств. Поверьте, мне вовсе не доставляет удовольствия вытаскивать Вас из постели в столь поздний час, но… Все очень и очень серьезно.
«Не доставляет удовольствия», — подумал Фигаро. «Ну да, конечно. Я поверил и прослезился».
Но вслух сказал:
— Добрый… В смысле, доброй ночи, Френн. Какими судьбами?
— Весь Инквизиторий стоит на ушах, — улыбка Френна погасла. Я уже отослал телеграммы в Центральное Управление, Департамент Других Дел и Орден Строгого Призрения. Со стороны Инквизиции ответственным назначили меня — просто как самого ближайшего к центру событий, Вы — консультант от ДДД. Презиратор от Ордена прибудет через час экстренным блиц-коридором. Бумаги о Вашем временном назначении уже у меня.
Тут уж Фигаро проснулся окончательно. Когда Департамент дистанционно навешивает на тебя какое-нибудь дурацкое расследование, это в порядке вещей. Люди подневольные, все понимаем. Но когда Орден высылает своего агента через внепространственное окно — это уже серьезно. Это настолько серьезно, что попахивает чрезвычайными полномочиями и колдовским спецназом.
Но что, черт возьми, случилось?!
Френн дернул за желтую шелковую бечеву с кисточкой на конце, свисающую из втулки на потолке. Раздался мелодичный звонок; двигатель фаэтона ожил, заурчал и самоходный экипаж мягко тронулся с места. Фигаро уселся напротив инквизитора, расстегнул пальто (в салоне было жарковато) и внимательно посмотрел на Френна. Тот вздохнул и стал рассказывать:
— Полтора часа назад в городской Инквизиторий прибыл маэстро Франклин Рич. Слыхали о таком, Фигаро?