Голова немилосердно разболелась от осознания того, что все пошло не так, совершенно не так, как обсуждали они с Мэрлом. И как воображал он сам. Слай, оказавшаяся не просто какой-то там бабой, пересекавшейся с его братом и которую можно было просто использовать в своих интересах и забыть. Он испытывал к ней какие-то совершенно ему несвойственные эмоции… чувства. Он хотел защитить ее, уберечь. Прогнать из ее ярких голубых глаз страх. Но как это сделать, если она ему не верит?
— Выслушать я могу, — Рик с отвращением посмотрел на Дэрила, — но обещать ничего не могу. Я вообще не понимаю, с чего ты встал на ее сторону, да еще и вот так… Вспомни, это ты нашел меня и привез нас сюда. Что изменилось?
— Ничего не изменилось, — вмешалась Кэрол, — просто Дэрил, в отличие от вас, сенатор, понимает, что угрозами ничего не добиться. И он знает, что для того, чтоб помочь его брату, я должна быть как минимум на свободе. Мои слова стоят дорого, так может, все же найдем компромисс?
Так вот как она все поняла. Дэрил открыл было рот, чтобы сказать ей, что она ошиблась, но не стал. Ни к чему сейчас, при всех, пытаться убедить ее, что тот поцелуй был настоящим. И что он хотел ее, а не ее показания. Точнее, и то и другое.
Доун сидела рядом с Карлом, не говоря ни слова и думала о своем. В отличие от Рика, ее гораздо больше волновало то, что Карл упорно не говорит имя того, с кем он ушел. И тот факт, что у мальчика появились от них секреты, ни о чем хорошем не говорил. Она должна выяснить, кто этот человек и что ему нужно от Карла. Вся эта история выглядела более, чем подозрительно. Она расспросит Карла подробнее наедине.
— Мы пойдем, хорошо, Рик? Карлу нужно поужинать и лечь спать. День был длинным, — сообщила Доун, потянув Карла к выходу.
— Да, конечно, — пробормотал Граймс.
Дэрил подошел к Карлу и, наклонившись, что-то прошептал ему. Мальчик скривился, но ответил на заданный вопрос. Кивнув самому себе, Диксон отошел к окну, небрежно перебирая бледно-зеленые занавески. Искоса наблюдая за Кэрол. Он узнал имя, но оно ему ни о чем не сказало. Нужно будет потом спросить ее кто, черт побери, такой Гарет и как он связан с ней или с ее бывшим мужем.
Дэрил скользнул взглядом по ухоженной гостиной, отмечая детали — несколько горшков с цветами, бежевый ковер под ногами, такой пушистый и мягкий, что на нем можно было спать, кресла и диван в тон занавескам, полосатые обои на стенах. Красивый дом, на котором всюду была видна заботливая женская рука. Он был уверен, что и остальные комнаты такие же чудесные. Она создавала уют. Для себя и своего друга. Надежное убежище. Дом. И теперь явились он и Рик, чтобы разрушить ее мир.
Иезекииль тихо закрыл дверь за Доун и Карлом, понимая, что она что-то задумала, и по-хорошему, он должен был пойти за ней. Но как можно оставить Кэрол наедине с этими людьми? К тому же, у них еще будет время. Много времени с Доун Лернер. Она теперь его, только его. И это тоже неплохо бы обсудить…
— То есть для того, чтобы я узнал, какого хрена происходит, я должен пообещать, что тебе ничего не будет? — наконец нарушив наступившее молчание, прошипел Рик вставая и делая шаг навстречу Кэрол. Она не дрогнула и смело встретила его прожигающий насквозь взгляд.
— Что-то вроде того. Сделка, — мило улыбнулась Кэрол.
— Хорошо, — проскрежетал Рик, обхватив голову руками, а затем с силой растирая ладонями лицо, — ради моей дочери я сделаю это. Хотя, видит Бог, больше всего на свете я хочу сейчас же отволочь тебя в участок…
Иезекииль тут же вмешался, проговорив:
— Они отпустят ее. Особенно, когда узнают, что именно Кэрол нашла похищенную Меган Чамблер. И привезла ее сюда, в Кадуэлл, вернув матери.
— Как благородно! Почему же с Джудит ты поступила ровно наоборот? — протянул Рик, морщась, словно от зубной боли.
Это бы какой-то сплошной фарс. Цирк. Он не верил, что все это происходит с ним. Что вот эта улыбчивая красивая женщина и есть та, что сломала его жизнь. Ему нравилось здесь, ему нравилась Мишонн, Карл нашел друзей… И вот теперь та, что казалась искренней и хорошей, обернулась волком в овечьей шкуре. Все ее улыбки, слова, конфеты — все это обман. Она преступница.
— Потому, что это была… работа, — тихо отозвалась Кэрол, — но имя заказчика я назвать не могу. Я встретилась с человеком, который попросил, чтобы я забрала его дочь. Ваша жена умерла, сенатор, и мне жаль. Иначе бы она сказала вам то, что скажу я — Джудит не ваш ребенок. Я всегда… у меня всегда был определенные правила, когда я… делала то, что меня просили. Одно из них — не навредить ребенку. Я посчитала, что девочке будет лучше с настоящим отцом. Возможно, я ошиблась, теперь поздно рассуждать об этом. Я забрала Джудит из больницы и передала туда, где о ней бы позаботились до тех пор, пока родной отец не забрал бы ее. Дальнейшая судьба девочки мне неизвестна…
— Я что-то не совсем понимаю… — начал Рик, побледнев. — Откуда… откуда эта чушь, что она не моя дочь?! Это полный бред!
Кэрол покачала головой. Чертовски трудно было раскрыть детали, не называя Шейна, но она попыталась. Он сам должен рассказать своему другу о том, что спал с его женой. Достаточно и того, что она оказалась той, что принесла дурные вести об измене Лори Граймс.
— Это не бред, — вздохнула Кэрол, — мы делали анализ ДНК. Джудит — не твоя дочь. Сожалею, но это правда.
— Да как ты смеешь, ты! — взревел Рик, но Дэрил успел схватить его за рукав, прежде, чем он кинулся на Кэрол, казалось, ожидающую этого. Он силой усадил Граймса обратно в кресло.
— Это точно? — Дэрил посмотрел на Кэрол и дождался ее резкого кивка. — Вот черт! Но если…
— Нет, Дэрил, это маловероятно, — ответила она, поняв его невысказанные слова и давая понять, что не время для его теорий о том, что Джудит — это Пенни Блейк.
— И как это происходило? — хрипло спросил Рик. — Пришел мужик, сказал, что хочет отобрать мою дочь, а ты сказала, сколько это стоит, так?
— Не совсем, — Кэрол из последних сил сохраняла выдержанный и равномерный тон. Да, она знала, что будет трудно, но кто бы предупредил ее, что так будет!
«Люс была права. Мне не стоило в это влезать», — грустно подумала Кэрол.
— Пришел клиент и сказал, что он хочет. Я… все проверила приняла решение.
— Где ты оставила девочку? — Рик прочистил горло. — Кто за ней присматривал?
— В приюте. Но я не скажу в каком, ее все равно там больше нет. Ее забрали, сенатор. И лучше всего вам с этим смириться. Я еще раз повторяю, что мне жаль, но прошлого не вернуть, — нежный голос Кэрол с трудом проникал в его сознание, пульсирующее от боли. У Лори был любовник, если только эта ухоженная дрянь не врет. Лори изменяла ему. Но с кем? Кого сейчас спросить?
Скептически изогнув бровь и скрестив руки на груди она ждала, но мужчины хранили молчание. Рик уставился в одну точку, а Дэрил не сводил с него напряженного мрачного взгляда, словно ожидая, что ему снова придется его держать. Иезекииль прокашлялся.
— Я думаю, что Кэрол сказала все, что вам нужно. Поэтому, если не возражаете, предлагаю покинуть этот дом. Надеюсь на ваше благоразумие, сенатор.
Дэрил шагнул к двери, отчаянно надеясь, что она окликнет его, скажет хоть слово, но Кэрол не шелохнулась. Рик вышел, громко хлопнув дверью и только тогда она смогла вдохнуть. Воздух странно кололся и был таким тяжелым, что приходилось прилагать усилия, чтобы втянуть его в уставшие легкие. Как будто она поднималась в гору. Или убегала.
— Ты как, милая? — Из был воплощением сочувствия и понимания, но ей сейчас нужно было совсем другое. Ей хотелось что-нибудь разбить, швырнуть с размаху об пол.
— Я в порядке, — обронила Кэрол, — пойду к себе. День выдался длинным…
— Это точно, — Из проводил ее взглядом, а затем вытащил из кармана джинсов плоский черный телефон. Набрав знакомый номер, он попросил:
— Мне нужно, чтобы ты кое-что проверил. Да, срочно.
Она добралась до своей спальни еле переставляя ноги. Сняв туфли, Кэрол с отвращением швырнула их в угол, хотя это была ее любимая пара, на танкетке, с кокетливым бантом на носке и фисташковой ленточкой вокруг щиколотки. Следом полетели белая блузка и длинная кремовая юбка. Набросив видавший виды серый кардиган, она свернулась в кресле, размышляя о том, как же ей быть. Шейну и Андреа нужно сказать обо всем произошедшем. Обязательно. А потом? Снова бежать? Но куда? К Тобину? Вряд ли он примет ее обратно, хотя и любит. Что у нее вообще есть в этой жизни, кроме этого дома и кафе? Иезекииль ее друг, но это не то. Он поддержит ее сейчас и не даст в обиду, она была уверена в этом, но…