- Дайте нам позвонить домой, скоро наши родные начнут беспокоиться о нас. – продолжал неугомонный русский. - У вас есть семья? Представьте, как стали бы переживать ваши близкие, если бы не смогли с вами связаться? – Бандит сощурил глаза, если бы этот русский только знал, что семьи у него нет - мать наркоманка умерла, когда он был ребёнком, а отца он не знал никогда. Цинизм, безразличие и нажива – вот его близкие. Нет у него семьи, и жалости у него нет ни к кому, сочувствие – это не про него. Да если бы не наказ хозяина, давно бы уже он покончил с этими белыми богатыми гринго.
- Нельзя. – процедил он сквозь зубы.
Соня вздрогнула от резкости тона, каким было сказано это слово, как будто сплюнул опостылевшую оскомину.
Девушка ещё ближе придвинулись к Марку. Завтрак закончился, как бы не хотелось продлить его. Другие посетители так и не появились, нет у них свидетелей, кроме сонного баристы, у которого даже не возникло недоумения, что это за странная компания приехала к нему на ранний завтрак. Что делают иностранцы в компании этих тёмных личностей? Соня пристегнула застёжки, неприятно поёжившись, под холодным взглядом похитителя. «Господи, что всё это значит!»
Тронулись в путь, проехав около получаса сделали ещё одну остановку. Фура припарковалась возле большого магазина.
«Мерида» прочла София вывеску торгового центра. О, неужели она сможет сменить неудобную праздничную одежду на комфортную, повседневную. Марк с девушкой и два охранника прошли уверенно внутрь и направились прямо к лавке с товарами для туристов и спортсменов.
Глава 13
Соня стояла в примерочной, выбирая одежду. «Эх, если бы я могла рассказать Полине, что сейчас происходит, и кто приносит бельё мне на примерку» Потом Соня опомнилась. «О чем это я! Мы в опасности, один бандит стоит рядом со мной, второй ходит за Марком, а я думаю о коллизиях, которые случаются в жизни!». Соня посмотрела на себя в зеркало, всё что предложил Марк, идеально подошло ей по росту и фигуре. Спортивный топ, лёгкая куртка, походные брюки и специальные ботинки – сидят идеально.
Марк принес на примерку ещё пару футболок. Соня отодвинула шторку и затянула его в примерочную со словами:
- Как Вам, по-моему, хорошо!
Молодой человек, оказался в тесной кабинке с девушкой, и смотря в отражение зеркала, поверх её головы прошептал, соглашаясь:
- Просто отлично.
Потом он чисто механически, по-хозяйски, сам не понял, почему, начал запахивать, а через секунду застёгивать курточку на её груди. Его широкая спина и так загораживала Соню от посторонних глаз и ему можно было не беспокоиться о том, что её кто-то увидит в одном спортивном топе, кто-то кроме него. Когда всё было сделано, он, наконец-то посмотрел ей прямо в глаза и сообщил хорошую новость.
Пока Марк Андреевич выбирал вещи к нему подошёл Хавьер и, ничего не говоря, никак не привлекая внимания конвоиров к своей персоне, незаметно обозначил своё присутствие.
Марк Андреевич приободрился, они уже не одни, можно надеяться на скорейшее освобождение!
Хавьер, схватив первые попавшиеся джинсы, занял соседнюю кабинку.
Дон Захарио прислал ему подмогу. Вообще, он в торговом центре сейчас не один, их люди рассредоточились по всему магазину.
Мария постукивала телефоном по столику кафе в аэропорту. Они пропали, как сквозь землю провалились!
Вначале она надеялась встретить Софию вместе с Марком рано утром. Девушка уже представляла себе, как, размешивая пенку чудесного венесуэльского кофе, расспросит подругу обо всём. Но на завтрак София не пришла, впрочем, как и Марк.
Завтрак превратился в пытку. Еле сдерживая раздражение от всей этой ситуации, Мария отодвинула едва тронутый омлет, и направилась к Пабло Винтаресу с единственной мыслью «Так не может больше продолжаться! Пора объявлять их в розыск!».
В это время профессор читал заключительный, прощальный доклад. Мигель переключал отцу слайды, помогал Пабло с компьютерной техникой. Девушке пришлось ждать, бесконечные полтора часа, пока сообщение закончится. Мария расположилась на верхней галёрке и начала внимательно просматривать ряд за рядом. И здесь их не было! Беспокойство всё усиливалось «Вечером самолёт!», негодовала в душе Мария.