— Прости, не смогу, — выдохнув, сжал её в своих объятиях, — но я рядом в твоих мыслях.
— Тут ты прав, — зевнув буркнула Шэй, — ты в них поселился надолго.
Откинув голову назад, устало потер переносицу. Вечер сложностей ещё не закончен. Я помню, что пообещал Джею и должен это выполнить. Хотел ли я этого? Очень, но я не врал когда говорил, что это будет тяжело. Не физически конечно, а морально. Толкнув дверь, я вышел с машины. Хотелось поскорее покончить с этим, иначе сойду с ума.
Гравий на подъездной дорожке хрустел под подошвой кроссовок. В глубине сада, рычали собаки которых к ночи выпускала охрана. Просто замок графа Дракулы. Посмотрев на окно второго этажа, где располагался кабинет отца, выдохнул сквозь стиснутые зубы.
— Ты опоздал на ужин, Кей, — спокойно проговорил мистер Хадсон, читая журнал.
Бархатное кресло, что скрывалось за нишей в холле было излюбленным местом дворецкого Блэквелов. Как и миссис Хейгл, Хадсон проработал в этом доме много лет. Насколько я понял, Александр не приветствовал смену штата. Мачеха злилась по этому поводу, но против главы дома она никто.
— Как всегда, — усмехнувшись, бросил взгляд в сторону лестницы, — отец у себя?
— Вся чета Блэквелов сейчас в кабинете мистера Колина, — хмыкнув, старик подмигнул мне, — удачи, парень.
Иногда мне кажется, что они делают ставки насколько меня хватит. Не знаю как глубоко старики осведомлены о нашей ситуации, но явно больше чем хотят показать.
Поднимаясь по лестнице, на моем лице застыла маска холодной решимости. Но внутри всё было далеко не так спокойно. Мне было противно. Противно идти к нему. Мне до тошноты в горле противно смирение, которое я должен показать ему, убедить в том, что я в его власти.
Постучав костяшками пальцев по деревянной двери входа в центр преисподней, услышал в ответ короткое - войдите.
Мистер Хадсон был прав, всё семейство собралось в одном месте. Отец восседал за своим рабочим столом. Мачеха и Александр заняли кресла напротив него, а сам наследник империи Блэквелов уместил свой зад на подлокотнике кресла Кэтрин.
— Ты снова пропустил ужин, — вместо приветствия сказал отец, рассматривая содержимое своего стакана, — где ты был?
Стоун ехидно ухмыльнулся. Он явно был осведомлен о том с кем я провёл время, но не сказал отцу... Странно, этот сукин сын точно что-то задумал.
— У меня были дела, — прислонившись плечом к дверному косяку, выдержал тяжелый взгляд отца, — или я не имею права на личную жизнь?
Прищурившись, отец сжал челюсти от злости, но промолчал. А вот его жена такой сдержанной не была.
— Что ты себе позволяешь, сопляк? — зашипела она расплескав содержимое бокала по своему идеальному платью, — наша семья приняла тебя, если бы не мы...
Приподняв брови, сложил руки на груди желая дослушать её монолог до конца. Если бы не они...?
— Кэтрин, — предупреждение в голосе отца сбило спесь с мачехи и она заткнулась, но продолжала сверлить меня взглядом полным ненависти и пренебрежения.
Закатив глаза, разочарованно выдохнул. А так всё хорошо начиналось. Посмотрев на Александра который со скучающим видом рассматривал пламя в камине, решил уже перейти к тому ради чего пришел.
— Отец, мне нужно с тобой поговорить, — кивнув на мачеху и Стоуна, я продолжил, — наедине.
Кэтрин привстала, чтобы снова поразить меня своим остроумием, но удивил всех Александр. Видимо он только делал вид, что наш разговор ему абсолютно не интересен.
— Кэтрин, дорогая, — добродушно проговорил старик, — Оставьте нас наедине, — посмотрев на меня, Александр ухмыльнулся, — Ты же не против если я останусь?
— Нет, не против.
Унижение, обида с примесью злости всё это смешалось в букет эмоций на лицах дорогих родственников когда они покидали кабинет. Я буквально носом почуял этот жгучий как кайенский перец вкус их раздражения и гнева. Задев меня плечом, Стоун вышел следом за матерью, и я с огромным удовольствием захлопнул перед его носом дверь.
— О чем ты хочешь меня попросить? — с издевкой в голосе спросил отец, подождав пока я займу пустующее место напротив него.
Обхватив руками подлокотники, усилием воли наступив себе на горло, смог выдавить из своего горла просьбу. Это игра... Отец не откажет, ведь тогда лишиться единственного рычага давления на меня.
— Колин, — тихо произнес Александр, в его голосе проскользнуло сочувствие в котором я абсолютно не нуждался, — думаю ты догадываешься.