— Райан Роджерс пропустил мяч и пнул меня по голени. Медсестра сделала повязку.
— О, дорогая, все в порядке? Сильно болит? — Я осмотрела ее маленькую ножку и рассмеялась, так как увидела нарисованную рожицу на повязке.
— Немного. Я не плакала. Райан нарисовал это, чтобы извиниться. Я думаю, что он может быть моим бойфрендом, но еще не решила.
Мне стало интересно, прописано ли где-либо в «Правилах» о том, что «Ты можешь позволить ему пнуть тебя по голени, а потом разрисовать твою повязку?» Потому что этот метод, по всей видимости, тоже работает.
Я посмотрела на время и поняла, что опаздываю на встречу к Дилану.
— Прекрасно! Слушай, Грейс, я сейчас тебя отвезу к отцу. У нас нет времени заехать домой. Я все необходимые вещи взяла с собой.
Мы подъехали к дому Питера, но он даже не потрудился выйти к дверям. Вместо него меня поприветствовала Эмма, одетая в коричневые цвета и возвышающая надо мной, как идеально подтянутый «Плетеный Человек».
— Привет, Эмма. Домашней работы нет, но Грейс нужна помощь по математике. У нее проблемы с делением.
— Нет проблем! Тебе повезло, Грейс, я — Мастер Математики!
Что за дурацкий титул? А следующим будет что: «Султан правописания», «Убийца Алгебры»? Удивительно, но Грейс это понравилось. Иногда у меня возникают сомнения, а мой ли она ребенок?
Я вежливо поблагодарила Эмму, поцеловала Грейс на прощанье и поехала к Дилану домой, раздраженная тем, что единственный свободный вечер потрачу на изучение ненавистной мне книги. Я точно помнила, где он живет, но все же отправила ему сообщение об адресе, чтобы он не думал, что та ночь отпечатлелась в моей голове.
В наступающих сумерках улица, на которой он жил, выглядела еще лучше, чем я помнила. Через дорогу пролегал ухоженный городской парк и ресторан, который запомнила с той ночи, теперь выглядел шикарным. Я позвонила по домофону, и он открыл мне дверь.
Поднимаясь по лестнице, я увидела его, улыбающегося у открытой двери в джинсах и клетчатой рубашке. Та же соблазняющая улыбка, с которой он приглашал меня к себе в тот вечер.
— Привет, Кэт. Рад, что у тебя получилось приехать ко мне.
— Я не хочу здесь находиться, ты же знаешь, — громко объявила я входя. — У нас был секс здесь. Эта квартира может подействовать на меня взрывающе и стать моим «Вьетнамом».
Дилан громко рассмеялся и мы прошли в гостиную.
— Ты принесла книгу, маньячка?
Ччччччерт!
— О, я оставила ее дома!
Он осуждающе посмотрел на меня, затем повернулся к книжному шкафу и кивнул мне на диван.
— Я прекрасно помню, что у нас был здесь секс, Кэт, но я более чем уверен, что мы как взрослые люди сможем контролировать себя. — Перестав искать книгу, он повернулся и вскинул брови. — Если только ты не желаешь повторения? Тогда было очень жарко!
— Конечно, нет. Я спала с тобой не зная, что ты за фрукт. А теперь у меня есть Том. Очень милый, ПОРЯДОЧНЫЙ Том!
— Ну я просто поддразнил тебя, успокойся. Не знал, что ты такая нервная.
Я поняла, что выгляжу глупо. Я молча присела на диван и скрестила ноги. На столе стояло пиво и пустая коробка из-под пиццы. Свинтус!
— Нашел! Я знал, что у меня должен быть один экземпляр! — Он присел рядом со мной, держа книгу в руках.
Я взяла книгу из его рук.
— Почему у тебя только одна копия своей собственной книги? Если бы я написала книгу, я бы сделала из ее копий себе кресло и даже обои из ее страниц.
— Ну, я написал ее пять лет назад. Новизна уходит очень быстро. Потом я потерял интерес к писательству.
— Ты что-то не договариваешь, Дилан? У тебя какая-то темная тайна? Расскажи мне! Может быть, плохая девушка уничтожила твою креативность?
— Нет, просто я поддерживаю разговор. Я возьму еще одно пиво, перед тем как мы начнем. Тебе принести?
— Ага, но только одно. Я за рулем.
Он исчез на кухне, а я начала листать книгу.
— И закуску, пожалуйста, к пиву, — прокричала я вслед.
По крайней мере, он может покормить меня.
Книга, конечно, ужасна, но я позавидовала ему и восхитилась тем, что он взял и написал книгу. На это я не способна. Он вернулся с чипсами в руках и бутылками пива. Мы чокнулись бутылками.
— За помощь тебе и твоему Тому, — провозгласил он тост.
— Просто Тому!
— Какая разница, — продолжил он. — И показывая тебе твои ошибки…
Я открыла чипсы, и хруст заглушил конец его предложения.
Мы решили обсудить главу за главой, начиная с главных правил перед тем, как дойти до последней главы. Спокойное обсуждение продолжилось ровно двадцать секунд после начала, а потом вспыхнула жаркая дискуссия. Он просто не желал признавать, что эти правила — полная хрень.