— Потому что вы все дуры? — промычал Гордон, даже не смотря на нас.
— Нет, потому что Чарли важнее, чем все эти забавные женские группы, вступающие в борьбу с чокнутыми, но сексуальными мужчинами. Теперь мы вместе уже два года, и он любит меня достаточно сильно, чтобы не обращать внимания на мои музыкальные пристрастия.
Я подняла голову и увидела, что оба — и Патрик, и Гордон — притворились будто заняты работой, но сами усмехались как школьники.
— Что я хочу сказать, — продолжила она. — Как только он полюбит тебя, ему будет плевать на твои чудачества. Тебе просто надо немного их скрывать в начале отношений.
— Чудачества? То есть, по-твоему, я — чокнутая?
— Совсем нет, — запротестовала она.
— Да, так и есть, — вставил слово Патрик.
— Заткнись, Патрик! Все, что я хочу сказать, ты — другая, и что мы все любим тебя… Молчи, Патрик!
Патрик промолчал, выйдя из офиса с кофе в руках на своих тоненьких ножках. Он терпеть не мог, когда Лианн с ним так разговаривала.
— Ну и когда следующее свидание? Он позвонил тебе? — вмешался Гордон. — На наше четвертое свидание с женой, я пригласил ее в отель в Абердине.
— Против ее воли?
Он усмехнулся.
— Совсем нет. Но может твой парень придумает что-то грандиозное. Если он думает, что получит что-то взамен, то будет стараться. Я старался.
— Он еще не звонил. Вообще-то, он никогда не звонит, только пишет сообщения.
— А я частенько звонила Чарли на домашний, когда он был на работе, чтобы просто послушать его голос на автоответчике.
Мы с Гордоном оба обернулись, чтобы посмотреть на Лианн, которая откинулась назад, надевая свои контактные линзы.
— Это помогало мне, а он ни о чем не догадывался. А что, у тебя такого никогда не было: когда хочется услышать его голос, а его нет рядом?
— Да, конечно было, — соврала я.
Дилан написал свою книгу как раз для таких типичных женщин, как Лианн. Женщин, о существовании которых я раньше сильно сомневалась. До сегодняшнего дня.
Правда в том, что я могу думать о Томе, но у меня не возникает острого желания слушать по автоответчику его голос.
Во время обеда я брала интервью у ужасно несмешного комика, который однажды выиграл титул «Новое лицо» на фестивале Edinburgh Fringe. Больше двадцати минут я не смогла его вытерпеть, поэтому притворилась, что мне нужно в школу за ребенком.
Дома мы увидели Хелен с чемоданами в коридоре. Грейс убежала в туалет.
— Хелен, тебя выгнали из дома?
Она, поставив руки на бедра, ждала, не вспомню ли я почему она с чемоданами? Когда появился Адам с паспортом в руке у меня в голове щелкнуло.
— А, Египет! Черт возьми! Я думала, это будет только на следующей неделе. Я забыла!
— Молодец, Кэт! Мы улетаем в шесть, уже не терпится уехать отсюда.
Он протянул мне ключи от квартиры.
— На всякий пожарный!
— И запомни: «всякий пожарный» не значит, что надо использовать мои лак и масло для волос, — начала Хелен.
— Это было семь лет назад, Хелен, и это был «всякий пожарный»! У меня были неуправляемые кудряшки тем летом!
Они по-быстренькому попрощались и полетели в свой солнечный Шарм-иль-Шейх, оставив меня без няньки, но с полным доступом к морозильнику.
Я так же забыла, что завтра должно состояться родительское собрание в школе Грейс, как будто забота о ребенка двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю недостаточная нагрузка для меня. Мы с Питером должны будем играть счастливую семью, обсуждая учебу Грейс с ее учителем Мисс Шармой. После ужина Грейс гордо показала мне свою школьную работу: тетрадки, — которым я, помнится, делала в час ночи обложки из старых обоев, — заполненные сложными математическими задачами и исписанные карандашом, который Грейс и не думала поточить.
— Ты думаешь, у тебя будут хорошие отметки? Или ты просто нервируешь учителя неточеными карандашами и хулиганством? — спросила я, бегло осматривая шкаф в поисках съестного на ужин.
Она захихикала.
— Конечно, нет. Мне нравится наша учительница. Она даже принесла сафари нам. Я пробовала его надеть.
— Ты хочешь сказать сари?
— Да. Оно было золотое. Она очень хорошая. У нас раньше была Мисс Холл, но она ушла. Я ее ненавидела. Она орала на нас каждый раз без причины. Келли называла ее «Мисс Ад». Мне нравится Келли.
Зазвонил мой мобильный на другом конце комнаты, и Грейс бросилась к нему.
Я только хотела крикнуть ей: «Я сама отвечу», но не успела, а она уже открыла его и слишком громко сказала:
— Алло! Мам, это мужчина по имени Том. Он хочет поговорить с тобой.