Там были девочки
… (девочки-подростки!!!) …
не старше семнадцати лет. Некоторые выпавшие из альбома фотоснимки были старыми, потертыми, почти замусоленными от прикосновений немытых пальцев
… (старик сидел и гладил эти снимки!!) …
однако изображения самих жертв были четкими. Бедняжки – полуголые и обнаженные; привязанные к стульям и валяющиеся просто на сером полу. Она видела их испуганные молодые лица. Светлые глаза, еще живые и яркие, но не от молодости, а от ужаса. В голову Тины как тараканы полезли жуткие образы старика и то как он трогал этих девочек своими сальными, пухлыми пальцами. Как он, посмеиваясь щелкал ножницами перед их лицами и быстро срезал целые лоскуты одежды. На некоторых снимках Тина увидела то, что оставалось от девочек, попавших в руки безумца. Порезы, ровными красными линями полосовали тела юных девушек, раскрывая их руки и ноги как бутоны. У других на животах обезумевший мозг не человека чем-то выжигал отвратительные узоры, плавя нежную, юную кожу…
… (прекрати на них смотреть!!!!) …
Тина подняла глаза на старика. Тот мужчина с красными полосками на манжетах пиджака уже направлялся в сторону створчатых дверей, а старик стоял, все так же обрюзгши, словно желейная старая масса и смотрел на Тину. Лампа за столиком погасла, но красный цвет никуда не делся. Казалось, что сам старик – нет, не светится – но как будто впитал этот свет в себя − он смотрел на Тину и в тоже время сквозь нее. Словно бы специально старался не обращать на нее внимание. Затем старик повернулся и медленно поплелся, шаркая слабыми ногами за мужчиной в костюме с красно-алыми полосками на манжетах. Старик шел, и из него лилась кровь, будто весь впитанный им свет красной лампы превратился в жидкость. Сквозь кожу и лицо; глаза и пальцы; одежду и ботинки, красное стекало со старика, и от его подошв оставались кровавые полосы на полу (отличного!) ресторана. Фото альбом раскачивался в сжатых старческих пальцах и из него сыпались десятки фото снимков, запечатлевших разнообразные стадии ужаса, боли и отчаяния. Они сыпались позади старика, образуя шлейф вырезанных из этого мира страдания юных душ и сердец лезвием старых ножниц. Они падали на кровавую полосу как пунктиры на прямой линии, обозначающие временные отрезки как надгробные даты.
Тина заставила себя еще раз взглянуть на старика, но от этого вида у нее заныло в животе с новой силой, да так, что боль проскребла не только ее внутренности, но и ребра с позвоночником. Она скрутилась, словно свернувшаяся бумага в пламени, обеими руками схватившись за живот. Тина сильно зажмурилась от боли, но к ее мыслям прилипли ужасные фотоснимки, и Тина поспешила открыть глаза. Ей удалось преодолеть боль и на мгновение разлепить веки и увидеть свои ладони, прижатые к животу. И как сквозь переплетенные пальцы сочатся струйки крови…
− ТИНААААА!!!!!!!!!!!!
Это был не вопль. Это был взрыв.
И хотя голос Вэнди вернул Тину в чувства, ей все же показалось, что звучит он словно издалека. Явно дальше чем сидевшая в полуметре от нее подруга и явно тише (хотя по-прежнему четко), чем раньше. Тина интуитивно сконцентрировалась на голосе подруги. Несколько мгновений ей казалось, что мир вокруг снова дрожит и начинает рассыпаться. Она даже вцепилась руками в край стола, словно утопающий хватается за обломок доски. Боль из живота превратилась в писк, противно сверля уши. Тина начала трясти головой в попытках отогнать этот противный писк. Ей хотелось вытрясти его из своей головы
… (что со мной? что со мной?) …
однако, как бы она не старалась, ее движения оставались замедленными, как если бы она вертела головой под водой. И всякий раз поворачивая голову то в лево то в право, она отчетливо видела, как мужчины в одинаковых пиджаках и шоферских фуражках, но с разными линиями
… (голубыми и красными) …
на манжетах сновали по залу ресторана от столика к столику. Она не могла как следует разглядеть всех гостей – их лица и фигуры стали сродни разводам на стеклах, но
… (шоферы – пилоты?) …
не утрачивали своей четкости. Писк в ушах нарастал с каждым движение головы. Тина гоняла этот звук от уха до уха как залетевшего в голову комара.