- Так какой у нас план? - спросил Дастин утерев слезы и широко улыбнувшись. Юрена послала ему холодную усмешку и крепче сжала его ладонь. Теперь она нашла свой правильный ответ.
- Умереть.
Глава 31.
Морена задыхаясь мчалась к Калинову мосту, не обращая внимания на то как ослабевшее тело отказывалось передвигаться. Черный песок под ногами холодом обжигал ступни, а редкие мелкие камни терзали кожу, оставляя после себя небольшие порезы, но богиня не обращала на это никакого внимания. Все мысли метались только вокруг дочери и ее возлюбленного, чьи жизни рассыпались в мироздании с каждым сигом все больше. Под ногами захрустел костяной берег. Ветра в Нави не было, но кожу все равно неприятно стягивало, а до обоняния доносился стойкий запах крови, который не перебивало даже зловоние Смородины. Железо мешалось со сладкой вонью гнили, и подтягивало желудок к горлу, вызывая тошноту. Морена бежала вдоль реки и жадно глотала воздух, чувствуя как ноги подкашиваются.
Первым богиня увидела обезглавленное тело Горыныча, что своей тушей перекрывало ей дорогу. Из обрубленных шей медленно сочилась горячая густая кровь, которая лавой проливалась на человеческие кости и превращала в черные угольки, пока головы трескались и рассыпались пеплом. Но не это сейчас волновало Морену. Она обежала безжизненного дракона и ноги, словно резко утопли в болоте, когда перед глазами предстало разодранное тело ее дочери, а рядом с ним мертвого Дастина с изрубленной мечом грудью. Богиня закричала, но сама того не услышала, и бросилась к дочери, падая перед ней на колени. Она лихорадочно разглядывала лицо Юрены, надеясь хоть на мгновение уловить в блеклых глазах дыхание жизни, но там не было даже отблесков света. По щекам богини побежали слезы, что быстро обратились осколками льдинок и разбились о землю. Впервые за свою бессмертную жизнь Морена рыдала, как ребенок, скулила, от раздирающей сердце боли, подобно израненному животному и захлебывалась в собственном горе.
- Тебя предупреждали дочь моя, - раздался над ее головой старческий голос, но богиня не отозвалась. Она продолжала мягко поглаживать холодные щеки дочери, только сильнее размазывая кровь, что уже не капала с уголков губ, пуская по собственным безостановочные слезы. - Ты нарушила запрет и связалась с человеком. Надеюсь такого наказания достаточно, чтобы ты укротила свой нрав и не нарушала правил.
- Ты сгубил мое дитя, только потому что я поддалась искушению любви? - прохрипела Морена, сквозь ком сдавивший горло, не в силах испытывать гнев. Только не когда ребенок, все еще покоился в ее руках.
- Ты породила существо, которое никогда не должно было существовать, - грозно заявил Род и стукнул посохом, тоном заставив безымянного за своей спиной испуганно сжаться. - Мне стоило давно разобраться с этим отродьем, но отец хорошо ее скрывал, как и Яга позже.
- Моим наказанием стало уже то, что вы заперли меня в Нави, так почему? - она не смогла закончить, голос обломился и Морена едва подавила всхлип рвущийся из горла.
- Этой девчонкой не вышло бы управлять так же как и тобой. Этому миру достаточно того, что Чернобог сеет вокруг хаос. Нам не нужны лишние проблемы, - глаза старика с отвращением скользнули по пустому лицу ведуньи, и выжидающе посмотрели на Морену. Губы богини невольно сжались в бледную нить, а по лицу скользнуло разочарование, но она не осмеливалась сказать что-то против.
- Я все поняла, - на грани слышимости прохрипела девушка и склонила голову, не в силах заглянуть в мертвые глаза дочери.
- Не стоит так расстраиваться, - ядовито усмехнулся безымянный. - Макошь изначально предвещала ей смерть, но должен признать девчонка сражалась упорно. Вы должны были быть готовы...
Продолжить он не смог. Посох Рода ударился о неприглядный череп на земле и грохот от удара эхом пронесся по всему миру Нави, а следом безымянный рассыпался в черный песок, даже не успев осознать собственной смерти. Морена даже не порадовалась этому, ей не было дела до дальнейшей судьбы очередной пешки прародителя мира, ее волновало только остановившееся сердце существа, которому сама смогла даровать жизнь.