— Совершенно верно. Итак, вышедшие из школы ийо начинают организовывать новые фермы, обогащать музеи, строить здания и корабли; становятся учеными, артистами, музыкантами, художниками, писателями и т. д. Но это все еще ничего. К сожалению, находятся такие «бездельники», к удовлетворению Брайта, которые начинают… изобретать. Хуже всего то, что это делается из-за угла, и поэтому нет никакой возможности своевременно принять против них меры. Сидит себе какой-нибудь ийо в лаборатории или мастерской и учится, и никто его не трогает. Когда же он начинает там слишком долго засиживаться и рассеянно бродить, все начинают подозревать, что он задумал что-то недоброе… И действительно, через более или менее продолжительный срок разражается катастрофа: в один прекрасный день он выкидывает какую-нибудь штуку, в итоге которой «безработица» еще более увеличивается…
Тао поставил меня вчера, благодаря моему политическому невежеству, в глупое положение, а Афи решила доконать теперь иронией. Но я, конечно, не мог на нее обидеться и только рявкнул в восторге:
— Дай и нам побольше таких бездельников!
— Тише, Брайт! — остановил меня профессор. — Вы так орете, что ийо с их нежными ушами могут оглохнуть!
— Но, помилуйте, мистер Брукс! Как же здесь не выйти из себя и не закричать? Теперь я вижу, как глупы были все мои вопросы и опасения по поводу бездельников, лентяев и прочего. У них все совершенно иначе, чем у нас на Земле, — абсолютно все, но мои тупые человеческие мозги никак не могли себе этого представить!
— Дело не в том, что мозги человеческие, вы просто не дошли еще до этой эпохи, — ведь, и на Земле будет то же самое, — хладнокровно возразила Афи.
Третье солнце перешло уже свой зенит, когда осмотр Дворца воспитания был закончен. Провожаемые толпою маленьких коммунаров, мы двинулись к яхте, которую они забросали плодами. Под градом посыпавшихся со всех сторон ягод и громким хором «у-ва-у!» мы взвились плавно вверх.
Они забросали нас плодами…
— Куда теперь? — спросила Афи.
— Теперь желательно было бы посетить какой-нибудь колледж, — сказал я, не подумав.
— Таковых не существует, на Айю только один тип школы, аналогичный виденной вами сейчас.
— А университеты?
— Университеты находятся на том же положении, что музеи и театры.
— А именно?
— Да, ведь, это же вытекает из предыдущего, — вмешался профессор. — Здесь нет, повидимому, особой «касты» студентов, эквивалентной профессиям инженеров, музыкантов, бухгалтеров, сапожников и т. д. У нас на Земле надо специально «поступать» в университет, причем поступивший должен непременно оставить свои прежние занятия и стать исключительно студентом. У них же в университеты просто являются, притом, когда угодно и сколько угодно. Кроме того, всякий может совмещать учебу с работой, которая длится всего лишь одну десятую часть суток, но может также, если хочет, только учиться и вовсе не работать: ведь никто и ничто его к этому не принуждает! Таким образом на Айю нет студентов, как таковых. Так это на самом деле?
— Именно так, — подтвердила Афи, — вы правильно схватили принцип нашего строя.
Пролетая в этот момент над главным университетом, мы решили спуститься.
— Понятно, — сказал я, — но возникает следующий вопрос: как в таком случае обстоит дело с окончанием университета и оценкой способности данного лица нести ответственность за выполнение им той или иной работы? Ведь, без этого клиенты врачей будут умирать, мосты инженеров проваливаться и т. д.
— Для этого существуют, очевидно, какие-нибудь нормы и формы проверки, — решил профессор, вопросительно взглянув на Афи.
Она улыбнулась.
— Никаких. Вообще знайте, что на всей Айю не существует никаких видов экзаменов, ревизий, проверок, контролей и т. п.
— Тогда я не понимаю, — признался профессор, — в чем же заключается гарантия доброкачественности предметов производства и добросовестного выполнения работ.
Войдя в большой лекционный зад исторического отделения, мы застали Тао, окруженною группой учащихся. Приняв участие в нашей беседе, он ответил профессору:
— В характере и социально-психологических основах нашего строя. Несмотря на отсутствие университетских и профессиональных аттестатов, которыми, повидимому, наводнена ваша Земля, как это некогда было и на Айю, наша продукция теперь совершеннее чем когда-либо прежде. Ваше недоумение вытекает часто из неправильной постановки вопросов и применения капиталистических мерил закрепощенного труда. В каком случае инженер мог построить плохой мост или же врач плохо лечить больных? Только тогда, когда он не умел, не хотел, не интересовался работой и т. д., но был принужден это делать с целью заработка. Что же принуждало его к этому? Во-первых, необходимость прокормить себя, а подчас и свою многочисленную семью; во-вторых, погоня за легким заработком при минимальной затрате энергии и, в-третьих, желание разбогатеть. Этим, кажется, исчерпываются все возможные причины, не правда ли?