— Ой… — ее глаза широко раскрылись от удивления.
Комната баронета была полна милых мохнатых медвежат. Десятки и десятки, точнее и не сосчитать. Толстенькие, неуклюжие, со смешными мордочками и торчащими крошечными ушками-пельмешками, они ползали по полу. Пытались взобраться на комод, но короткие лапки не помогали, а лишь мешали. Лезли из шкафа, таща в зубах то ли простынь, то ли пижаму. Выглядывали из под кровати и глазели на девушку своими черными глазками-пуговками.
— Как же это мило! — словно ребенок при виде любимой игрушки, Лиза потянулась к ближайшему медвежонку. Тот как раз стоял рядом и тянул к ней передние лапки. — Иди ко мне, мой мохнатенький малышок.
Но едва она коснулась бурой шерстки на лапе, как медвежонок растаял в воздухе. Вслед за ним с тихими хлопками исчезли и остальные.
— Проклятье! Опять иллюзия развеялась, — недовольно буркнул баронет с кровати. — Концентрация слабовата… Черт… А ты чего встала, как столб⁈
Марк несколько раз хлопнул ладонью по кровати, подзывая ее.
— Иди сюда, садись рядом, и рассказывай, что в доме творится.
Лиза села рядом. Повернулась вполоборота, чтобы ткань блузки четко обрисовывала грудь. Ладони сложила на колени, строя из себя скромную невинность.
Только что увиденное лишь укрепило ее намерение «привязать» к себе баронета. Она прекрасно видела, что Марк «пойдет очень далеко», и хотела быть где-то рядом.
— А что рассказывать?
— Бытовуху можешь опустить. Давай лучше про мачеху. Чем она дышит? Куда ходит? Что ей интересно?
Лиза и сама не заметила, как начала рассказывать все, что знала о своей хозяйке.
— … Как вас живым нашли, госпожа баронесса закрылась в своей комнате, а меня отослала. Только я никуда не ушла, тихонько у двери стояла и слушала, как она ругалась.
— И?
— Кажется, свою подругу, госпожу Валери, ругала. Грозилась, что заберет у нее свое малахитовое колье и серьги. Мол, уговор она не выполнила, а, значит, пусть все возвращает. А что это за уговор, я так и не услышала…
И тут ее коленку крепко сжали, а прямо у ее ушка послышалось тяжелое дыхание. Лиза вмиг раскраснелась, аж жарко стало. Неужели сработало?
— Значит, у них был уговор, а колье с сережками пошли в уплату, — задумчиво проговорил баронет.
Лиза затаила дыхание, а он и не думал «идти в наступление». Она осторожно заерзала, подвинувшись к нему. Словно бы случайно прильнула к бедру баронета.
— Э-э, Лизок, ты пока попридержи коней, и убери свою раскочегаренную печку, — совершенно серьезным голосом пробурчал Марк, несильно ущипнув ее чуть пониже спины. — Сначала дело.
Она, правда, не поняла, про какое такое дело шла речь, но на всякий случай кивнула.
— Я бы сейчас поговорил по душам с мачехой. Кстати, где она сейчас?
— Так только что вышла. К ней Настька, служанка госпожи Валери, прибегла и какую-то записку отдала. Госпожа баронесса сразу же собралась и вышла.
Марк вдруг начал подниматься с кровати. Ничего не понимая, Лиза тоже встала.
— Ты, Лизок, расскажи-ка мне, а далеко эта самая госпожа Валери живет? Думаю, заглянуть к ней в гости и кое-что предъявить…
Лиза уже хотела назвать адрес, как рядом с ней прямо из воздуха начала появляться здоровенная черная крыса — отвратительная тварь с красными глазками и заостренными зубами. Длинный серый хвост тянулся за ней чуть ли не на пол комнаты.
17. Все еще слабый, но уже страшный
Дом барона Воронцова
У Марка все было прекрасно с математикой. Он легко сложил два и два — нападение на себя и слова мачехи о каком-то уговоре с ее подругой, и получил четыре, то есть банальный заказ на свою смерть.
— Значит, я не ошибся в своих догадках — мачеха решила от меня избавиться. Вот откуда эти непонятные несчастные случаи. Она реально охуе…
Стало абсолютно ясно: если ее не остановить, то рано или поздно она добьется своего. Ведь, каждую секунду своего времени он не мог быть настороже. Ему нужно было спать, есть, пить, в конце концов. Как застраховаться от крошечной щепотки какой-нибудь особенной травки, которая окажется в твоем супе или чае? Или попробуй сообрази, кто из сотен бродяг в этом городе собирается за пару золотых перерезать тебе горло?
— Нужно с ней поговорить по душам. Взрослая же, и должна понимать, что добром все это не кончится.
Мысль о разговоре с мачехой сразу же показалась ему здравой, верной. Поэтому он и решил, что ждать глупо и нужно встретиться с ней сейчас же.
— Раз они с этой подругой все замутили, с ними обеими и нужно разговаривать. Если с этими охреневшими курица разговор не получится, то пригрожу стукануть на них отцу.