Граф внимательно слушал, явно, стараясь не пропустить не слова.
— Один из гимназистов рассказал, что Воронцов после последнего урока вышел из класса самым первым. Следом покинул класс ваш сын. Других свидетелей найти пока не удалось.
— Значит, все это из него?
— Думаю, да.
Они некоторые время молчали. Помощник почтительно склонил голову. Граф играл желваками.
— Этот Воронцов крупный, чем-то занимается?
— Нет, хозяин. Говорят, что баронет довольно щуплый и ничем особым никогда не выделялся.
Снова оба замолчали. Очень странная непонятная выходила картина. Между двумя гимназистами произошла стычка. Один явно крупнее и сильнее другого, но пострадал именно первый. Как так?
— Я должен знать, что произошло, — негромко произнёс граф. И прозвучало это как приказ. — Узнай, там случилось.
— Хозяин, могут быть сложности, — виновато проговорил его человек. — Все рассказать могут лишь они оба, больше там никого не было.
— Алексей, ничего не толком не помнит. Рассказывает какую-то белиберду про своего погибшего брата…
Граф подошёл и резко ткнул пальцем в грудь мужчины.
— Ты все узнаешь, и мне все равно, что для этого нужно будет сделать.
— Хозяин, но его отец…
— Заткнись! — вдруг рявкнул граф, сверкнув глазами. — Ты все сделаешь, как надо.
Тот покорно кивнул — все сделает. Но оба прекрасно понимали, что могут быть очень серьёзные проблемы, если что-то пойдет не так. Ведь, заместитель военного министра вряд ли останется в стороне, узнав, что кто-то замыслил плохое в отношение его сына.
— Сейчас непростое время, — граф вздохнул и начал говорить так, словно это касалось кого-то другого. — Преступники нападают на благородных дам, гимназисты вступают в схватку с преступниками. А если у этого бандита были сообщники и они захотели отомстить? Как ты думаешь, могут сообщники этого бандита подстеречь этого отважного гимназиста?
Мужчина качнул головой, давая знать, что отлично понял своего хозяина. Многие из его заданий были такими — на грани. И он уже понимал, что и как должен делать.
— Произошедшее с Алексеем уже стало для меня большой проблемой. И боюсь, что это лишь начало. Дальше все может стать лишь хуже. Этот чертов Лагарп все обещает и обещает, не забывая тянуть из меня деньги… Словом, разузнай все. А теперь иди.
Мужчина кивнул, и вышел из кабинета, оставив хозяина со своими мыслями.
— Эх, Алексей, Алексей, как же это все не вовремя. Черт, совсем не вовремя.
Граф дошёл до дивана. Именно сюда он бросил курительную трубку, а курить хотелось зверски.
— Черт, разломилась!
Богато украшенная серебром трубка была разломана. Слишком сильным оказался удар.
— В столе, кажется, была другая.
И правда, в ящике письменного стола нашлась другая трубка — из красного дерева в виде головы льва.
— Совсем не вовремя…
Закурил, клубы ароматного дыма потянулись к потолку. В голове чуть прояснилось, и он снова вернулся к своим мыслям.
— До помолвки осталось всего ничего. Обо всем уже договорились, и теперь это… Черт, никто не должен узнать.
Помолвка была не просто помолвкой, а самой настоящей финансовой операцией. За всей этой красивой мишурой с белоснежные платьем, проникновенными клятвами друг другу, церковной службой в главном храме империи стояли финансовые интересы очень серьезных людей. С одной стороны, зантересантами выступали Орловы, один из старейших графский родов империи, жутко нуждавшийся в деньгах, чтобы укрепить своё положение в Высшем свете. С другой стороны в сделке участвовали Бельские в лице Георгия Бельского, могущественного министра промышленности, владельца сотен заводов и предприятий.
Он и Георгий Бельский уже обо всем договорились. Орловы дают Бельским свою поддержку и защиту среди высших родов империи, если таковая понадобится. Бельские помогают Орловым финансово, давая значительный безвозмездной кредит и оплачивая все их долги. Взаимовыгодная сделка для обоих родов, но сейчас все это было под большой угрозой.
— Черт, кто здравом уме отдаст свою дочь в жёны за умалишенного, будь он трижды графом, — горько усмехнулся мужчина. Глубоко затянулся горьким дымом из трубки, тяжело вздохнул. Сейчас все казалось ещё хуже, чем было до этого. — Я бы точно не отдал, будь это моя дочь… Черт, нужно срочно решить этот вопрос, чертовски срочно. Иначе…
Что произойдет «иначе», не хотелось произносить вслух. Род Орловых несмотря на весь показной блеск и лоск, который бросался в глаза, был в долгах, как в шелках. Об этом знали не все, но серьёзные люди знали, что Орловым нельзя давать в долг.