— … Черт, челюсть уже болит, — Марк скривился, осторожно касаясь левой щеки. — Похоже, знатный синячище теперь будет. Хорошо хоть толк есть…
Толк, и правда, был. Правда, небольшой, но все же заметный. Кролики получались у него все лучше и лучше. В какие-то моменты, когда удавалось особенно хорошо сосредоточиться, пол в камере из-за нескольких сотен копошащихся ушастых больше напоминал пушистый белый ковер.
24. Тяжело в ученье, легко в бою, наверное, по крайней мере надеюсь…
Поместье графини Захарьиной
Марк уже ни на грамм не сомневался, что все это испытание. Эксцентричность графини, как он давно понял, зашкаливала, а, значит, идея с темницей была очень даже в её вкусе.
— Короче, ори — не ори, матерись — не матерись, а толку не будет. Нужно просто пройти это испытание…
Собственно, руководствуясь этими соображениями, парень и «пахал», как проклятый. Все свободное время, а его в подвале было завались, использовал для тренировок.
Марк с самого начала решил так: нужно не распыляться, а постараться отработать что-то одно, самое простейшее. Словом, сделал по известному у спецов-рукопашников принципу — лучше отработать один приём тысячу раз, чем тысячу приёмов по одному разу.
— Я вас, лохматых сукиных детей, научу строем шагать и строевые песни горланить! — с откровенной ненавистью шинели я, снова, снова, снова и снова представляя белых ушастый тварей. — Вы у меня будете живее всех живых…
Конечно же, поначалу получалось не очень. Скажем больше, получалось откровенно плохо. Его фантомы были яркие, очень реалистичные, но в то же время совершенно не стойкие. Держались секунды, иногда минуты, а потом расплывались, растворялись в воздухе.
Через какое-то время появились первые успехи. Один из тысяч кроликов, фантомы которых создал Марк, вдруг не исчез через пол часа, час, пол дня. Кролик прыгал по камням, что-то постоянно вынюхивал, шевелил ушами, смешно чихал, и даже спал.
— Ни ху… себе! Укусил⁈ — ошарашено смотрел на свой указательный палец с капелькой крови. Он только что со скуки ткнул в фантом пальцем, никак не ожидая от него отпора. — Б…ь, настоящий! Наконец-то…
Парень смотрел на ушастого и никак не мог насмотреться. У него, наконец-то, получилось сделать иллюзию не просто стойкой, а по-настоящему реальной.
— А я точно не сплю?
Однако рана на пальце кровоточила, пульсировала болью. Никаким сном или фокусами тут и не пахло. Все было до боли реально.
— Вот это настоящая магия, а не жалкие фокусы…
Некоторое время он сидел и обалдело смотрел на кролика, который, похоже, и не думал исчезать. Мыслей в голове почти не было, была лишь усталость и четкое понимание, что ему удалось это сделать.
— Я же теперь такое могу творить, люди на ходу обсираться от страха будут.
Воображение уже рисовало ему целую армию белых пушистых кроликов в серых касках и ножами в лапах.
— Черт! Какая ещё армия из кроликов⁈ Кого ей можно напугать? Что-то я помешался на этих тварях… Черт, а чего этот меня так «рубит»?
От последних экспериментов его со страшной силой клонило ко сну. Его магический источник был ещё слишком мал для полноценной магии и быстро опустошался.
— Сейчас отру… блю…
Пробормотал что-то невразумительное и свалился на пол, где и громко захрапел.
Жавшийся все это время к углу, кролик подобрался ближе, осторожно вытянул мордочку в сторону парня и начал принюхиваться. Через какое-то время фантом был уже у его руки. Медленно, прижав к голове длинные ушки, кролик перебрался через руку, сел прямо на локоть и прижался лохматой тушкой к человеческому телу, где, наконец, и затих.
Поместье графини Захарьиной
Фёдор шёл по коридору в сторону подвала, и особо не спешил. Шаг размеренный, спокойный, взгляд гулял по старинным картинам на стенах, манекенам рыцарей в устрашающих доспехах, которым он кивал, как старым знакомым. Все здесь было привычным, родным. Каждый камешек, каждую трещину между кирпичами он помнил. Многое чинил своими собственными руками, если приходило в негодность.
— Хм, а это еще, что за чудо? — нахмурился старик, повернувшись в сторону закутка. Ему показалось, что там мелькнуло что-то белое. — Не дай Бог, опять эти…