— А это еще что такое?
Под одеждой лежала небольшая коробочка, оббитая красным бархатом. Марк, не скрывая любопытства, взял ее, внимательно оглядел, и только после этого открыл.
— Хм, перстень.
Только это был не просто искусно сделанное украшение, а самый настоящий родовой перстень. В гимназии лишь немногие носили подобные персти со старинными гербами, гордо демонстрируя свою принадлежность к древним родам империи.
— А греб-то графский… Что-то я ничего не понимаю.
Парень сель на кровать, с которой только что встал, и задумался. Произошедшее в последние дни, вообще, напоминало сюжет фильма от сумасшедшего режиссёра. За эти недели все менялось просто кардинально. Сначала он был нелюбимым внуком графини, которого просто терпели. Потом оказалось, что его предки когда-то сидели на троне империи, и теперь он сам в опасности. Затем был холодный темный подвал, занятия магией, и вот произошел новый поворот.
В этот момент дверь комнаты отворилась и на ее пороге возникла фигура… Марк присмотрелся и не сразу понял, что это Федор, слуга графини.
— Федор? Ты чего…
Марк смотрел на старика, и не узнавал его. Сейчас перед ним стоял классический слуга, каким его рисуют писатели — выдержанный, холодный, педантичный, ни намека на человечность. Федор подошел, и, когда до парня осталось ровно три шага, остановился. Почтительно поклонился, причем сделал это гораздо ниже, чем делал до этого.
— Господин граф, госпожа графиня просит вас проследовать в большую залу для занятия магическими практиками.
— Господин граф?
У Марка от удивления челюсть отвисла. Какой ещё граф? Он ведь даже не барон, а всего лишь баронет!
— Федор, ты чего мелешь? Шутка что ли? Если шутка, то паршивая шутка.
У старика ни один мускул на лице не дрогнул. Он ещё раз поклонился, и почтительно произнес:
— Вчера госпожа графиня признала вас официальным наследником рода Захарьиных. Все необходимые документы нарочным сегодня отправлены в Имперскую наследственную палату. Поэтому с полным правом вас можно называть его сиятельством графом Воронцовым-Захарьиным.
Хлопья глазами, Марк пытался осмыслить только что услышанное. И честно говоря, получалось не очень хорошо.
— Ни хрена себе, я — настоящий граф! Мачеху от этой новости точно Кондратий хватит, — хохотнул он, когда представил себе лицо мачехи после разговора о новом титуле. — Подожди-ка… Фёдор, значит, вот откуда новая комната, новая одежда?
Тот коротко поклонился, давая понять, что парень все правильно понял.
— Господин граф, прошу вас пройти за мной. Госпожа графиня ожидает вас.
Марк с готовностью вскочил. Два раза его звать точно не нужно. Ведь, его ждет новый урок магии.
— Пошли, Федя, пошли.
И первым выскочил из комнаты, но уже в коридоре его нагнал голос слуги:
— Господин граф, одну минуту.
Парень обернулся.
— Вы не могли бы приструнить вашего питомца. Последние несколько недель он стал совершенно невыносим.
Марк недоуменно дёрнул головой. Что это еще за питомец?
Старик скосил глаза в бок, в сторону массивного рыцарского доспеха у стены.
— Какой еще питомец? — Марк уставился на доспех, но ничего необычного не увидел. — Фёдор, что за загадки?
Он уже хотел развернуться, как из-за железной ноги доспеха выпрыгнул кролик. Белый, пухлый, с ушами в раскорячку и носиком-кнопкой он смотрелся потешно, и никак не опасно.
Марк сразу же узнал его — в подвале онсоздавал десятки таких иллюзий. Обычные фантомы, простые иллюзии, которыми никого не напугать, и тем более не причинить ими вреда.
— Ха-ха! Фёдор, ты чего? Этот малыш же и мухи не обидит, — хохотнул парень. — Милота! Чем он тебе помешал? От него же вреда никакого.
— Вы ошибаетесь, господин граф, — поморщился старый слуга. — Вы создали настоящее чудовище. Он грызет все, до чего может дотянуться. Ему все равно, что это — дерево, камень и даже металл. Прошу вас, сделайте с ним что-нибудь.
— Как это погрызть⁈ Это же иллюзия!
— Вот, прошу полюбопытствовать.
Федор сделал шаг в сторону рыцарского доспеха и показал на поножи из блестящего металла, часть которых была самым натуральным образом прогрызена. Железо в этом месте превратилось в лохмотья.
— Прошу заметить, господин граф, эти доспехи работы знаменитого баварского мастера Эрика фон Тронстена, к которому обращались самые высокородные персоны старого времени. Его доспехи ценились за то, что их практически нельзя было повредить. А эта твар… Прошу прощение, а ваш питомец, все это погрыз!
Какое-то время Марк был в ступоре. Оторопело смотрел то на няшного, словно только из аниме, кролика, то на жеванный металл. И пытался как-то все это уложить в голове.