Он растерялся. Идти за ней или…
Непреодолимое любопытство влекло его к двери мастерской Христофора Граббе. Та оказалась открытой и со скрипом подалась внутрь. Темный коридор заканчивался просторной комнатой, заставленной разнокалиберной мебелью, часами, рамами от картин, пыльными сундуками. В центре комнаты стоял письменный стол, за которым сидел хозяин. Впрочем, он скорее лежал, уронив голову на вытянутые руки…
Глава 21
В школе, где предположительно когда-то учился хулиган Жора Пилин, шел ремонт. В гулких коридорах стоял запах краски, двери и окна классов были открыты настежь, в учительской на столах стопками лежали учебники.
Багиров вошел, остановился у порога.
– Вам кого? – неприветливо спросила дама средних лет, с высокой прической и в очках.
– Директора… или завуча.
– Директор на больничном, – смягчаясь, ответила дама. – А завучей у нас два. Вам какого?
Багиров пустил в ход все свое обаяние. Он окинул женщину восхищенным взглядом и улыбнулся.
– Я адвокат, – проникновенно сказал он, показывая даме липовое удостоверение. – Вот мой документ.
Она мельком взглянула и покраснела. Багиров спрятал удостоверение в карман.
– Мне нужно собрать сведения о Георгии Пилине, – пояснил он. – Хочу составить характеристику его личности. Видите ли… у гражданина Пилина некоторые э-э… неприятности с законом.
– Пилин? – испугалась дама. – Это наш ученик?
– Бывший.
Дама с облегчением вздохнула.
– Я завуч, Галина Степановна Старцева, – представилась она. – Чем могу помочь?
– У вас есть архив? – спросил Багиров, чарующе улыбаясь.
– Конечно… Только не архив, а списки выпускников. Мы храним эти сведения для встреч, которые устраивает школа раз в пять лет.
– В списках есть адреса?
– В основном старые, на момент окончания школы, – кивнула Галина Степановна. – Мы рассылаем по ним приглашения.
– А если кто-то поменял место жительства?
Она развела руками.
– Значит, приглашение не будет получено.
Багиров понимал, что в списке указан адрес Пилина, который ему уже известен. Но… чем черт не шутит?
– В каком году Пилин закончил школу? – спросила завуч.
Мнимый адвокат назвал примерный год выпуска.
Галина Степановна открыла шкаф, достала списки и показала Багирову.
– Вот… мы постепенно создаем компьютерную базу… но…
Багиров, слушая вполуха ее смущенное бормотание, побежал глазами по фамилиям. Есть! Пилин Георгий Андреевич… проживает… на Второй Заводской улице, дом 5. Так он и думал.
– А… с кем Пилин дружил? Кто может рассказать о нем?
Галина Степановна посмотрела в список.
– Классным руководителем в десятом «Б» тогда была Зоя Владимировна Ершова, – сказала она, указывая пальцем на последнюю строку. – Видите? Она уже не преподает. Но вам повезло! Зоя Владимировна хоть и на пенсии, работает у нас в библиотеке.
– Я могу с ней поговорить?
– Разумеется. Идемте, я вас представлю.
Галина Степановна повела «адвоката» длинным коридором в библиотеку. Бывшая учительница Ершова оказалась на месте.
– Пилин? – удивилась она. – Жора? Прекрасно помню. Чрезвычайно сложный был парень. Сколько он мне нервов вымотал! Такое не забудешь.
Зоя Владимировна охотно ответила на все вопросы Багирова, – и как Пилин учился, и как себя вел, и с кем дружил. Последнее интересовало «адвоката» больше всего.
– Ковалев и Зудин, лучшие его дружки были, – сказала Ершова. – Не разлей вода. Уроки прогуливали вместе и хулиганили вместе. Двоечники… что с них возьмешь?
Психологический портрет Жоры Пилина вышел неприглядным, – беспринципный, агрессивный молодой человек, тупой, хронический второгодник, неспособный усвоить даже тот минимум знаний, который обеспечил бы ему тройки в аттестате.
– Тройки-то ему поставили, конечно, – вздохнула Зоя Владимировна. – Но ни одну из своих оценок Жора не заработал. Удивительное равнодушие к учебе!
– А какой предмет вы преподавали? – спросил Багиров.
– Химию…
Следующий вопрос он задал по наитию, подчиняясь внутреннему порыву.
– Может быть, вы и Павла Широкова помните?
– Пашу? – лицо учительницы осветила улыбка. – Как же я могу забыть своего лучшего ученика? Очень интересный юноша… Из неблагополучной семьи, знаете ли, а учился на одни пятерки. Светлая голова. У нас в школе кружок был… «Любители путешествий» назывался. Его учительница географии вела, Бельская. Замечательный был кружок. Паша его посещал. Он такие лекции готовил, что некоторые учителя ходили слушать. Талантливый паренек. Хотелось бы узнать, как его судьба сложилась?
Багиров поблагодарил учительницу, записал старые адреса Ковалева и Зудина. Возможно, они до сих пор проживают там же и поддерживают связь с Пилиным.
– Можно у вас еще адресок Бельской попросить? Она ведь тоже преподавала в десятом «Б»?
– Да, пожалуйста, – кивнула завуч. – Лариса Федоровна давно на пенсии, честно говоря, даже не знаю, жива ли.
Багиров не отдавал себе отчет, зачем ему понадобился адрес учительницы географии. Он не собирался расспрашивать ее о Пилине, это точно. Ему вдруг захотелось побольше услышать о Паше Широкове. Чем жил, дышал, увлекался?
Начальник службы безопасности вышел из здания школы, раскрыл зонтик и торопливо зашагал к машине. Запах краски неприятно осел во рту горьким привкусом. На улице лил проливной дождь – вторые сутки. Стараясь не ступать в лужи, Багиров миновал школьный двор. Водитель дремал, откинув голову на сиденье.
– Стража спит, враги в крепости! – гаркнул Багиров ему на ухо.
Тот дернулся, ошарашенно уставился на начальника.
– Дома будешь спать, – засмеялся он. – Небось до утра девчонок тискал? Это твои проблемы, друг. Здесь ты мне нужен бодрый и начеку. Понял?
Водитель залился краской, виновато кивнул.
– Ладно, поехали.
Багиров назвал адрес Ковалева. Сегодня у него «день школьных воспоминаний».
Ковалев оказался дома. Он работал сторожем на парковке и дежурил сутки через трое. Заспанный и всклокоченный, он долго не мог понять, чего от него хочет этот мужик в костюме и галстуке.
– Зачем тебе Жорка? – тараща мутные с перепоя глаза, вопрошал Ковалев.
– Я адвокат, – Багиров показал ему удостоверение.
– Чё?.. Жорка на нары загремел?
«Адвокат» не стал его разубеждать, неопределенно повел головой и под шумок протиснулся в грязную прихожую.
– Мы можем поговорить?
Бутылка водки, принесенная Багировым, оказала магическое действие. Глаза хозяина прояснились, он махнул рукой в глубь квартиры.
– Пошли на кухню.
Сдвинув в сторону остатки еды, Ковалев поставил на стол два стакана, уселся и нетерпеливо засопел. «Адвокат» не торопился разливать.
– Ну… давай базарить, – пробурчал хозяин.
Он понял, что выпить сможет только после разговора, и решил приблизить вожделенный миг.
– Когда ты последний раз видел Пилина? – спросил Багиров.
– Давно… еще зимой, а чё?
Слово за слово, Ковалев разговорился и выложил «адвокату» все, что знал. После того как Жору выгнали с заправки, он запил по-черному, перебивался случайными заработками. И в личной жизни у него пошли скандалы. Маруська денег требовала, а не то грозилась выгнать. Жорка озверел совсем, проклинал «зажравшихся буржуев» на чем свет стоит, особенно Варяга. Клялся прилюдно, что убьет гада.
– Варяга? – переспросил Багиров.
– Да, блин… короче, это кликуха такая. Пацан с нами рос, Широков, первый Жоркин враг. Его во дворе звали Варягом. Он сильный был, как бычара, одним ударом кулака на спор любого сваливал. Ох, как его Жорка ненавидел! У них драка вышла из-за бабы. Баба-то никудышняя… квелая. Померла потом, а этот… Широков чего-то запал на нее. Ну и… вот…
Ковалев икнул и замолчал, не сводя глаз с бутылки. Для Багирова было загадкой, как это водка приобретает такую неограниченную власть над человеком?