− Ребенка довели до мыслей об убийстве… Что может быть хуже? Знаешь, Басти, теперь я поняла, почему господин Сомберхейд такой… Холодный и жестокий. Он просто не научился доверять людям. Да и некому было. И… Наверняка в тайне боится, что снова объявится кто-нибудь, кто будет пытаться им управлять. Потому он и пытается казаться неприступной горой, − выдохнула Ниара, после чего продолжила читать.
«Шли месяцы, а я вынашивал план. Он был до чертиков прост, но гениален. Всего лишь нужно было устроить грандиозный поджог. Чтобы подохли все, кроме меня. Ведь никто, абсолютно никто не защищал от этих… этих… »
− Этот ребенок малость сошел с ума, − подметила лиаска.
«Прошла еще неделя. Я сумел все организовать так, что моей вины не было совсем. Что сам я был таким же пострадавшим, просто чуточку везучее. А все остальные… эти бездушные твари… все сгорели. Вместе с этим проклятым домом. Так им было и надо!
Думал я тогда. Но сейчас, спустя три года после этих страшных событий… Я понимаю, что я был ничем не лучше.»
− Если бы я могла в тот момент оказаться рядом… Может быть, у меня бы получилось ему помочь? Показать, что все вокруг не так жестоко? Что его родители были совсем неправы, воспитывая его подобным образом?
− И как же они должны были меня воспитывать? − послышался холодный, требовательный голос со стороны выхода. Ниара замерла с книжкой в руках. Сердце бешено заколотилось в груди. Было очень страшно обернуться и встретиться с глазами зверя. Ведь именно такой аурой сейчас веяло с той стороны. Господин Сомберхейд был явно очень зол. − Я спросил тебя, Ниара.
− Я… Господин… − только и смогла выдавить девушка.
− Ты нарушила запрет. Я ясно сказал тебе: можешь гулять, где хочешь, но не смей пытаться проникнуть в закрытые помещения.
− Но господин… Я не… − попыталась возразить.
− Молчать! Ты уже достаточно сделала для того, чтобы заработать свое наказание. Живо поднимайся и ко мне в комнату. И если еще хоть к чему-нибудь здесь прикоснешься… Наказание будет болезненным втройне, − мужчина развернулся на каблуках и направился вверх по лестнице. Лиаска дрожащими руками положила дневник на стол.
«Ничего не бойся. Попытайся с ним поговорить и все объяснить. Думаю, он все поймет. Мы же только что убедились, что он совсем не плохой человек»
Ниа лишь слабо кивнула, поднимаясь со стула. Направилась на негнущихся ногах к выходу. Стук господских каблуков слышался где-то далеко наверху. Естественно, девушке было безумно страшно. Хотелось просто проснуться и забыть весь этот кошмар. Но к сожалению, это была реальность, которая никак не хотела оказываться сном.
Подъем продлился гораздо меньше времени, нежели спуск, хотя обычно бывает совсем наоборот. Это нисколько не облегчило состояние лиаски. Ведь момент наказания только приближался. От осознания предстоящего становилось лишь хуже. Помимо коленей начали дрожать еще и руки. Правда, она уже не знала, от чего: то ли от холода, то ли от пронизывающего ее липкого страха
Вскоре они поднялись на второй этаж. Из комнаты выглядывала ничего не понимающая Амалин. Увидев бледную, как смерть, Ниару, служанка быстро смекнула, что та где-то накосячила. Брюнетка закрыла рот рукой, сочувствующе посмотрев на нее. Теперь стало еще понятнее, что помочь лиаске совсем никто не сможет.
Она медленно прошла через приоткрытую дверь комнаты господина, которая тут же захлопнулась за ее спиной. Внутри все так же царила темнота. От этого становилось еще страшнее.
− Раздевайся, − послышался холодный голос господина из недр комнаты. Ниа вздрогнула, замерев. Сердце бешено колотилось в ее груди. От его приказа все похолодело. − Ты не расслышала? Я сказал, раздевайся.
Содрогаясь всем телом, Ниа медленно сняла с себя одежду служанки. Аккуратно сложила и оставила на полу. Выпрямилась, стараясь прикрыться руками. Так страшно ей еще не было никогда.
− Подойди сюда. Немедленно.
Только этот приказной, холодный тон заставил девушку двинуться на его голос на ватных, совершенно негнущихся ногах. Она оказалась в другом помещении, более обширном, но таком же темном и мрачном. Стены были полностью каменные, серые и явно холодные, как и пол, по которому лиаска ступала босыми ногами. По крайней мере, здесь не было видно кровати, а значит, ее вряд ли будут насиловать.
− Выходи на самую середину, − все так же безэмоционально прозвучал голос. Только было непонятно, откуда он доносился. Фигур поблизости заметно не было.
Пришлось повиноваться приказу. Ниа остановилась примерно на середине этого ужасающего помещения. В этот момент раздался лязг цепей прямо у нее над ухом, но голову поднять она не решилась.
− Подними руки, − последовал новый приказ, не выполнить который не представлялось возможности. В следующую секунду на ее запястьях застегнулись жесткие кандалы, почти до боли стягивающие их. Снова раздался лязг цепей, поднимая ее за руки над полом, так, чтобы она могла касаться их лишь пальцами ног. За спиной послышались гулкие шаги. Сердце девушки было готово выпрыгнуть из груди от страха и боли. − Настало время для наказания.
− Г-господин Сомберхейд… Позвольте… Мне все объяснить, − дрожащим голосом начала она.
− Молчать. Я уже говорил, что ты нарушила приказ. А за любое нарушение в моем доме каждый получает свое наказание. Твое будет жестче остальных. Потому что ты не только наплевала на мои слова про все запертые двери, но еще и влезла в мою личную жизнь, которая тебя никаким боком вообще не касалась. Я вполне могу убить тебя за это, но не стану. Все-таки, ты последний выживший лиас, а я не желаю брать на себя ответственность за полное уничтожение этой расы. Так что ты просто получишь наказание в двойной мере. Нет, даже в тройной.
После его последнего слова раздался свист, от которого сердце Ниары пропустило удар. В следующий миг на ее спину обрушилась плеть со всей своей хлесткой силой. Кое-как, но девушка сумела сдержать крик, хоть слезы и хлынули из ее изумрудных, наполненных страхом глаз. Каждый последующий удар был сильнее предыдущего, но Ниа изо всех сил сдерживала себя, чтобы не закричать. И все же к концу сей пытки боль стала настолько невыносимой, что сжимать зубы было уже попросту невозможно. По всей комнате разнесся ее крик, наполненный страданиями. Еще два удара, и все закончилось.
− Похвально. Еще никто не выдерживал почти всю пытку, ни разу не закричав, − в голосе господина звучало искреннее удивление. Цепи медленно опустили девушку на пол, оковы спали. Ниа упала на колени, не в силах стоять. Каждую секунду по телу прокатывалась дрожь. Вся спина была просто в мясо, на полу давно уже образовалась лужица крови. − Поднимайся и иди одеваться. После этого сразу направляйся в свою комнату. Завтра утром жду у себя. Все поняла?
Всхлипывающая Ниара сумела лишь слабо кивнуть, с огромнейшим трудом поднимаясь на ноги. Очень медленно она направилась к выходу. Ей было очень плохо и больно, но оставаться здесь больше не могла. В голове была лишь одна мысль: поскорее бы это все прекратилось.
Кое-как девушка натянула свою одежду. Это была еще одна пытка, ведь ткань, прилегавшая к липкой от крови спине, доставляла еще больше боли. Ковыляя, лиаска покинула комнату. Голова кружилась. Ей казалось, что она свалится прямо посреди коридора. Но этого никак нельзя было допустить.
Как только дверь за ее спиной захлопнулась, ее под руку кто-то подхватил. Затуманенным взглядом девушка посмотрела на своего спасителя. Им оказалась Амалин. Кажется, эта особа все время стояла под дверью, ожидая, когда наказание Ниары наконец закончится.
Благодаря темноволосой Ниа смогла добрести до своей комнаты, не растянувшись на чистейшем полу второго этажа особняка Сомберхейда. К счастью, в их комнатушке находилась и Мел, которая тут же подключилась к срочной помощи.
Обе девушки уложили раненую лиаску на ее кровать, предварительно освободив от страшно мучившего ее платья.