Стало, наконец, понятно. От них не исходит биения сердец, уже привычного и естественного людям. Это мертвецы.
– Удивительно, – пробормотал вслух, хотя сам ушёл от них не сильно дальше.
Повинуясь воле, или взмаху руки, мертвецы разошлись в стороны, уступая дорогу своему… «Интересно, а кто я для них? Имеют ли они разум? Или каждый, из стоящей здесь пятерни, просто бездушный инструмент?».
Вышел из их кольца, даже обошёл по кругу – стоят, не шелохнутся. Леша тоже поднялась с насиженного гнома и потыкала одного из восставших солдат.
– Хорошая ворожба, – в следующий момент её аккуратные тычки пальцем переросли в удары кулаками, а позже и пинки ногами. Можно сказать только одно, льву дали перо. Поиграться. Так это выглядит. А Сергей в очередной раз убедился, что, несмотря на миловидную, детскую, казалось бы, внешность и столь же скромный рост, вес, размер, это существо, дух леса, нарушая все законы физики, обладает невероятной силой. Чего уж говорить, проверяя прочность новых игрушек, она уже натурально жонглирует тремя из пяти, отправляя тех вверх одним беззаботным ударом левой руки.
«Да, этот мир чудной», – проскальзывает в голове, пока ушатанные в хлам Лешей воины встают обратно в строй, – «Но, кажется, он меня принял. Может, я нашёл своё место?».
– Неплохо… неплохо, – малая даже запыхалась. А мертвяк… ой, их же здесь теперь куда больше. Хм, тогда подарим с барского плеча нашему герою большую букву. Так вот, Мертвяк отметил мельком про себя, что Леша чаще лезет с кулаками, чем колдует. Возможно, здесь везде так принято, но более вероятно, что девочке нравится именно такой стиль сражений.
– Как думаешь, они разумны? – спросил лохматую, стукая по черепу одного из предположительно разумного.
– Навряд ли. Для этого наверняка нужно что-то посерьёзнее обычного подъёма. Разумная нежить – редкость, – она уже вновь уселась на гнома, вытащив откуда-то жирный кусок печени. Разумеется, человеческой, – Только какие-нибудь Лечи, высшие мертвяки, рыцари тьмы могут этим похвастаться.
«Хм, так здесь и рыцарство водится? Видимо, средневековье».
– Мне пришла в голову идея… – чутка задумался над предполагаемым масштабом Сергей, будто оценивая нечто в голове.
– Уже тянет на кладбище?
– Что?
Девочка как ни в чём не бывало прожевала кусочек своего зверского лакомства и пожала хрупкими плечиками.
– Одна моя… знакомая всё время меня туда таскала. Чуть есть свободное время – на кладбище. Тоже поднимала мертвецов. И от неё пахло как от тебя. Ну, почти.
«Конечно, после подобного удивляться кровожадности этой девочки не имеет смысла. Постойте-ка. А ведь от такой знакомой можно многому было бы научиться. Хороший наставник в любом вопросе незаменим. Особенно в условиях, когда всё приходится постигать методом тыка».
– Тоже нежить?
– Нет, она была чем-то вроде человека. Как я в общем.
– А можно с ней встретиться?
– Нет.
– Почему?
– Её больше нет.
«Так вот оно что. Невольно, собой я девочке напоминаю её погибшую подругу. Теперь ясна перемена в ней, эта затаённая грусть в глазах».
– Соболезную.
– Угу. Не важно, – вскочила девчонка, откидывая объедки, – У нас есть гном и… так мы пойдём на кладбище или нет?
– Признаться честно, не совсем понимаю почему, но да, мне хочется куда-то, где есть ещё мёртвые. Очень интересно посмотреть, что я могу сделать.
– Значит идём в ближайшую деревню. Где есть люди, там и гробы, – вывела простую закономерность Леша, подхватывая на плечо карлика, который чуть-чуть ниже её ростом, – А где гробы, там и мертвецы.
«Здесь тоже хоронят в гробах?» – вопросы культуры повысовывали свои шаловливые носы сразу, как только другие, касательно выживания, затаились в тиши.
– С этими-то что? Не тащить же с собой?
– А почему нет? Считаешь, люди просто так нас пустят погостить? От тебя же тухлятиной несёт за километр, а я прекрасное воплощение ночного кошмара. Ты правильно думаешь, если можешь думать, конечно, что я сильна. Но следить сразу за всеми мне совсем не хочется. Проверишь свои силы, покомандуешь бессмертным отрядом. Можешь поднять и то, что осталось от тех двоих. О, а сделай из них одного, а?
«В её словах определенно есть зерно истины. Если закрыть им лица… а одежда всё равно вся в крови и отмывать негде. Ладно, захватим деревню и будь, что будет. На своём опыте уже убедился, что местные бывают довольно жестоки».
Останки тех двоих воплощают в себе боль любого автомеханика, когда из нескольких окончательно мёртвых и одного полумёртвого движка надо собрать единственный рабочий.
Только вот, тут люди и они как бы…