– Прямо-так высшая раса.
– Именно так, господин. По одной из легенд сотворения мира, они очищенные и заражённые пространственной тьмой люди, за тысячелетия превратившиеся в прекрасных и жутких по силе созданий
– Ты сказал, континент. Сколько их здесь у вас?
– Мне известно о трёх, но в старых сказках их было больше.
– Что можешь о них сказать?
– Существа с них практические не пересекаются, поскольку находятся в конфликте. Это всё, что знал мой народ. Или сочинял. Правда известна исключительно духам.
– На Лешу намекаешь?
Нишаа кивнул, предпочтя не произносить что-либо вслух в сторону той, чью силу даже не может разглядеть за облаками и деревьями.
– В общем и целом, – сухо констатирует Сэг, – Магу эскорт несоответственный. Скорее даже наоборот, маг больше похож на отряд поддержки. Плюс пара остроухих тут и не должна быть, по идее. А значит что?
Нишаа молча глядит в ответ, ожидая ответа господина, поскольку свою точку зрения, фактически высказал.
– Правильно, ищем другого мага… сказал бы я, но они, по всей видимости, движутся в город. А если там будут водится подобные рыбины, то придется искать уже другой город. Более того, девчонки могут быть не единственными переселенцами. И нам бы лучше узнать их реальные возможности раньше, чем столкнемся с группой больших размеров, – неожиданно умолк, потеряв слово и взгляд под ногами.
«А, собственно, зачем? Чего я добиваюсь? Силы? Могущества? Просто хочу выжить? Если последнее, то мне стоило остановиться после первого же мага. Того бы с лихвой хватило на много лет тихого существования в глубоком лесу. Что же тогда? Эти замашки руководителя. Притягательная сторона смерти и ужасающий мрак всего мира. А ещё то существо… Неужели я иду у кого-то на поводу? Будь собой прежним, я бы вряд ли замахнулся на войнушку с целым городом, что сейчас по факту пытаюсь спланировать. Но я поменялся. Очень. И как-то незаметно. Пусть принял темную сторону, но меня как будто сверх этого ещё и постоянно тянет на конфликт. Почему?
Видимо, всё очень просто. Конфликт – это смерть. А смерть – пища. Чтобы кушать, надо быть большим и сильным в этом мире, а не наоборот».
Горестно вздохнул, – «в этих рефлексиях я так ничего и не понял. Скорее, ещё больше запутался. Но Леши рядом нет, да и я не маленький мальчик. Пора бы уже самому сопельки вытереть и оглядеться вокруг, а то слишком зависим от неё стал в последнее время. Ещё бы, такой подарок с самого начала. Хм, уж не слиняла ли она окончательно? Может моя похожесть на её давнюю знакомую слишком ранит?».
– Господин Сэг? – лич вовремя понял, когда нужно выдернуть своего хозяина, чтобы тот не ушёл слишком далеко по дороге, выложенной вопросами без ответов.
– Собираем всех за день пути перед целью. План засады на тебе. Маг мой, дроу нужно взять живьём, – решение пришло само собой, как будто кто-то произнёс его над ухом, осталось лишь пойти до конца и сделать, что должно, – Из них выйдут интересные твари.
Кажется, Нишаа подобному раскладку лишь обрадовался. Насколько мог, в меру своего бесчувственного и холодного рассудка.
– Как прикажете
Сэг же ощутил звенящую пустоту в голове. Ни мыслей, ни желаний. Да и чувства, будто каждое действие принадлежит исключительно себе больше нет.
– И я хочу доделать своё исчадье. Вели приволочь всех пленников, – некромант встал, сложив руки за спиной, глядя леденящим равнодушным холодом на всё вокруг, – Будем выбирать материал
У лича полыхнули огни глаз от восхищения. В его господине снова проявилась та черта, благодаря которой он склонил перед ним голову. Черта морозной величавой смерти.
«Дом у нас только один, остальное вторично. Близкие и родные люди – исключение, остальное правило. Сейчас ничего не изменилось. Кроме того, что остались лишь вторичность и правило», – повторил мысленно Нишаа услышанную как-то раз по дороге от господина фразу.
***
«Путь немного утомил. Да, мы сильны и выносливы, но, как и всем разумным, часто нам бывает попросту скучно. А такой однообразной дороги как здесь я ещё ни разу не видела. Мы изошли на последние нитки морально. Если я ещё сдерживаюсь, чтобы пришить этих грязных кабанов, то сестра нет-нет, да потянется за кинжалами. Хоть маж более-менее воспитан. Из мелкой знати, видимо».
Очередная ночь подходит к концу. Вот и предрассветные сумерки нежно охватывают расплывшийся в темени пейзаж: уходящая сначала вниз, а затем на холм вверх ленточкой дорога. По бокам заметенные снегом деревья. Кто не помнит этих чудных ёлок, отдающих темной зеленью могучих ветвей, посыпанных сверху белой пудрой?