Я сидела на кровати, глядя на алеющее солнце. Где-то здесь, в этих стенах не просто случайный убийца, а самый настоящий маньяк.
Тихо.
В западном крыле действительно тихо.
Потому что стены помнили каждый шепот. И теперь они шептали мне.
След третий. Не узнавай меня
Перед сном я разложила на столе карту Академии. Три жирных точки отмечали места смерти. Не похоже на какую-то скрытую фигуру или план, скорее случайный выбор места, жертвы. Я обвела кружком западное крыло. Заманивал ли их убийца? Или же наоборот – преследовал? Кладовка, башня, фонтан.
Ловить его все равно что искать следы на воде.
Ладно, крутить мысли в голове больше не имело смысла, как и проверять коридор до комендантского часа. Лучше немного поспать и выйти среди ночи.
Поэтому я проснулась еще до рассвета, когда серый свет только начал пробиваться в окно. Неторопливо нанесла макияж, меняющий черты лица, наложила иллюзию и выдохнула. Тишина в западном крыле была гнетущей, мертвой.
Осторожно, как тень, я выскользнула из комнаты, прихватив детектор магии. Капля ртути вздрогнула и резко метнулась к краю диска, вытягиваясь в тонкую стрелку. Диск едва слышно затрещал. Следы заклинаний. Старые, размытые, наслоившиеся друг на друга: защита, оповещение, может, что-то еще. Коридор был пропитан магией, как старый пергамент – чернилами.
Решив проверить, насколько далеко тянутся магические следы, я вышла в коридор. Пустой и погруженный в зловещий полумрак. Где-то капала вода, отдаваясь эхом в каменной гробнице западного крыла. Я сделала несколько шагов, держа детектор магии на ладони – ртутная капля металась, показывая причудливые узоры древних и не очень заклинаний на стенах. Следы старой магии мерцали тускло, как потухшие звезды.
Но возле одной из дверей артефакт словно взбесился. Ртутная капля забилась в истерике, указывая на дверную ручку и щель под дверью. Свежие, сильные следы магии. Не защиты, не оповещения – чего-то иного, более сложного и целенаправленного. Заклинание накладывали несколько часов назад, примерно после отбоя.
Я отступила как от раскаленного металла и тут же заметила кое-что еще на полу. В пыли на темном камне отчетливо виднелся мокрый след. Не лужа, а именно цепочка капель, словно кто-то прошел с мокрыми волосами по коридору. След вел от двери в сторону туалета.
Интересно. Ночью никто не должен пользоваться водой – комендантский час и нерушимые правила. По крайней мере на водном факультете теперь за этим следили со всей строгостью. Знать бы, чья это комната… Больше в коридоре не обнаружилось ничего интересного, поэтому пришлось вернуться к себе и бестолково ворочаться на простынях, пытаясь найти хоть какую-то логику в происходящем.
Впрочем логика не нашлась, чего не скажешь о вкусном омлете с колбасками и помидорами в столовой. Здесь царила утренняя суета, но я сосредоточилась только на трех вещах: Марк, Третья и еда.
Марк сидел один в углу. Перед ним стояла кружка с дымящимся чаем, но он к ней не притрагивался. Вместо этого медленно, словно через силу, жевал сухой хлеб. Его пальцы нервно постукивали по столу, возможно, продолжали вчерашний ритм. Он смотрел на кружки вокруг с таким отвращением, будто точно знал, что в них налит яд.
Третья сидела со своей группой. Прежде чем начать есть овсянку, она достала изящный льняной платок и тщательно, с почти болезненной аккуратностью, протерла свою ложку. Ее движения были отточенными, ритуальными. Она не просто вытирала пыль, скорее уничтожала невидимую грязь.
Я встряхнула головой, вернувшись к омлету. Возможно, я сошла с ума от бессонной ночи и начинаю выдумывать то, чего нет. Поэтому просто зевнула, сосредоточилась на еде. И это стало отличным решением, ведь когда я относила посуду на мойку, уловила обрывки разговора с преподавательского стола.
– …новая волна проверок после инцидента с Бейном, – бормотал седовласый маг. – Ректор требует результатов.