- А может, она действительно бесстрашна? Или вы, маэстро, не верите в женскую отвагу?
- Сеньора, смелые женщины – столь же прекрасное творение богов, как умные мужчины. Только в книгах да Силвы они описаны скверно. Вот вам другой пример. Персонаж по прозвищу Коршун – он сыщик – осматривает тело жертвы и говорит: “Убийц было двое, приехали с юга в темной карете, запряженной парой лошадей, задушили жертву удавкой и забрали черновик газеты”. Читатель не может вычислить ничего подобного из описания трупа. Он делает вывод: Коршун так умен! Но нет, автор просто впоследствии подстроил портреты убийц под выводы сыщика.
Дама улыбнулась:
- Я не столь проницательна, как Коршун. Буду рада пояснениям.
По тонкости ее усмешки Альваро догадался: все она поняла. Просто заметила, как ему нравится говорить, и дает повод насладиться. Он распушил хвост:
- Чтобы было яснее, возьму за пример нас с вами. Положим, я сейчас заявлю: “Сеньора, ваши изящные черные брови говорят мне, что вы рождены на Соланте, а подвижность ваших губ выдает богатый опыт выступления в суде”. И еще скажу: “Вы прячете семейный браслет под рукавом, но из того, как он проступает сквозь ткань, я заключаю: ровно десять лет вы в разводе с мужем-тираном”. Это же полная глупость! Мои выводы не имеют реальных оснований! Но если потом волею автора окажется, что все так и есть, - читатель воскликнет: “О, этот герой просто гениален!”
Дама ответила, явно наслаждаясь беседой:
- Я сделаю вывод, не освященный автором: Альваро да Силва – ловкий трюкач, и вы ему завидуете. Пока вы идете тернистым путем правды, он хитрит и добивается успеха.
- Как всякий честный персонаж, лишенный подсказок автора, вы попали впросак. Да Силва не только пишет дрянные книги – он к тому же одинок и лишен женского общества. Вероятно, это он завидует мне, отнюдь не наоборот.
Хосе Фларбо откашлялся:
- По правилам моего магазина, флиртовать позволено только тем, кто уже приобрел товар.
Пара покупателей пришла в замешательство. Дама, конечно, ожидала, что маэстро первым оплатит право на флирт. Она даже выказала нетерпение легким движением брови, однако Альваро не имел денег на покупку! К счастью, он нашел выход:
- Сеньор Хосе, запишите “Философию ужаса” на мой счет.
Дама, больше не медля, вынула из сумочки кошелек:
- А мне – первый роман да Силвы.
Фларбо рассчитал ее, а писателю сказал:
- Простите, маэстро: в последний раз отпускаю без денег. Надеюсь, к следующему разу вам все-таки заплатят за лекции.
Альваро хлопнул себя по лбу:
- О, Древние! Я все думал: откуда чувство, будто куда-то опаздываю? Лекция, конечно!
Дама оживилась:
- Вы читаете лекции о литературе? Можно мне посетить одну?
Альваро позвал бы ее прямо сейчас, но в голову пришла идея получше:
- С удовольствием пришлю вам приглашение. Не назовете ли ваш адрес?
Она взяла у него “Философию ужаса”. Не попросила, а протянула руку и взяла. Глядя ему в глаза, словно испытывая прочность границы: хочу брать, что пожелаю - как вам это, маэстро?
Раскрыла книгу и написала на форзаце адрес, а также время: послезавтра, семь пополудни. Своего имени она не указала.
Альваро ответил тою же монетой:
- До скорой встречи, незнакомка.
Небрежным жестом вынул книгу из ее рук и ушел, так и не назвавшись.
Сиблинги
В пять часов субботнего дня Дитрих подъехал ко входу гостиницы “Астория” и стал свидетелем действа, которое с полным основанием можно назвать кутерьмой. Десяток слуг – как гостиничных, так и личных – выносили во двор саквояжи, котомки, обувные и шляпные коробки, клетку с котом, и пытались уложить все в два конных экипажа. Это были ажурные прогулочные коляски явно неподходящего размера. Бесчисленный багаж не желал ехать в тесноте и вываливался на мостовую. Кучеры щедро одаривали слуг советами, которые лишь запутывали дело. Кот вертелся в клетке и мяукал. За всем этим хаосом следил, недовольно встопорщив усы, князь Владислав Ленц.
Его сиятельство приветствовал Дитриха кратко, но уважительно:
- Доброго дня, сударь. Рад видеть. Ольха уже собралась.
Не вполне подтверждая его слова, девушка выбежала во двор в одной туфле. Вторую она держала в руке и яростно трясла, от колебаний дамская сумочка падала с плеча, и Ольха ловила ее локтем.