Во-вторых. Хуанес был толковым врачом или шарлатаном? Пациентам и родичам он сумел пустить пыль в глаза. Но кто всегда знает правду о мастерстве работника? Конечно же, его начальник! В молодые годы Хуанес был судовым врачом. Капитан корабля знал о нем все. И – вот удача! – Альваро знает этого капитана!
В-третьих. Медленный яд или быстрый, или вовсе не яд? Каким было орудие убийства? Пиратский дон – конечно, не мастер ядов. Но может знать мастера и свести с ним да Силву.
И в-четвертых. И доктор Хуанес, и сам Альваро получали угрозы. Тут хороший совет может дать человек, имевший дело с угрозами. А есть ли среди друзей писателя такой человек? Конечно! Тот самый сеньор, который палил ему в живот из разряженного пистоля!
- Карлос эль Нинья – вот кто мне нужен!
Не теряя больше ни минуты, Альваро собрался и зашагал в Старый Порт.
Дорога была не близкой. Альваро имел время подумать на ходу, и пришел еще к паре отличных мыслей. Карлос эль Нинья знал не только Хуанеса, а каналью-фабриканта Мадуро. Сам дон Мадуро отказался говорить, но можно получить о нем знания из рук эль Ниньи. Тут придется очень кстати, что законы эсферы Тени не запрещают, а поощряют торговлю информацией. В кругах мастеров Тени порочные сведения о знатных людях – все равно, что банковские чеки. Их можно продавать и покупать, ставить на карту, обменивать на услуги и даже оставлять ростовщику в качестве залога! Единственная проблема: да Силве нечем оплатить эту покупку - но можно выпросить у эль Ниньи дружеский льготный кредит.
Была и вторая мысль, даже лучше первой. Донья Изабель – тоже загадка, как и доктор Хуанес. Менее трагичная, но вполне интригующая. Изабель страдала от неизвестного недуга – нет ли здесь связи со смертью доктора? Когда-то Избаель смеялась красивее всех девушек в Лаэрте, а теперь стала ходячей печалью. Почему так случилось? Это вряд ли связано с доктором, но любопытно само по себе. Смерть Хуанеса – одна сюжетная линия; печаль доньи Изабель – другая.
От этих мыслей Альваро наполнялся нетерпением. С каждой минутой ему все больше хотелось расспросить Карлоса эль Нинью. Наконец, он увидел статую Ай-Хинара у входа в Старый Порт (на сей раз в пасти чудища лежал не череп, а пустая бутылка). Затем показался и форт Карлоса эль Ниньи.
Пират, стоявший на страже, преградил писателю путь:
- Кто, куда?
- Я Альваро да Силва, иду к дону Карлосу.
- Зачем?
- По поводу книги.
Реакция вышла довольно странной. Пират хмыкнул, буркнул: “Жди”, - и исчез внутри форта. Пока его не было, Альваро расхаживал взад-вперед и думал о книге. Видимо, часового не было долго: да Силва успел мысленно построить композицию главы о донье Изабель. Лязгнул замок, и вместе с давешним пиратом вышел другой, более важный. То был Золотой Дукат – квартирмейстер эль Ниньи, знакомый писателю.
- Привет, чертяка, - сказал Дукат. - Ты, значит, на счет книги?
- Привет и тебе. Все верно.
- Каналья, - обронил квартирмейстер и ушел.
Прошло еще сколько-то времени. Альваро продумал эмоциональную дугу чувств Карлоса с женою и начал подбирать выразительные средства. Вернулся квартирмейстер, сверкнул золотым зубом и бросил:
- Идем.
На сей раз в форте стояла тишь. Не разгружались бочонки с вином, не летали радугой шелка, не смеялись девицы. Двое парней упражнялись с саблями, но как-то уныло, без задора.
- Я сильно помешал? - спросил Альваро.
Золотой Дукат сказал:
- Ты с ним, чертяка, полегче.
- В каком смысле?
- Сам увидишь.
Вошли в башню, двинулись вверх по лестнице. Квартирмейстер сказал тише:
- Ты, чертяка, писатель. Язык хорошо подвешен?
- Не жалуюсь.
- Ты там постарайся. Сделай что-нибудь.
- Что сделать-то?..
- Придумай. Если чего надо – я здесь, рядом.
Дукат остановился на площадке и открыл перед да Силвой дверь кабинета. После такого вступления Альваро чувствовал тревогу. Осторожно шагнул через порог и позвал:
- Дон Карлос?..
Дверь захлопнулась за спиной. В кабинете стоял сумрак, тяжелые шторы душили свет. Пахло вином, табаком и пороховым дымом. Альваро увидел бочонок на столе, пустую кружку с воткнутым в нее пистолетом, осколки стекла на полу – и лишь потом заметил хозяина кабинета. Карлос эль Нинья лежал на полу между столом и креслом. Трубка валялась рядом, очевидно, выпав изо рта. Пиратский адмирал был в стельку пьян.
Альваро на миг растерялся, но потом вспомнил фамильный рецепт семьи Герейра и крикнул через дверь:
- Принеси кофе, черного перца, апельсинового сока!