- Кто там? Фишмайстер? Сокол?.. Слушайте: этот шёнбрун исцеляет от хвори! Клянусь всеми Древними, я здоров! Я не подохну, а буду жить много лет! Если хотите, я вам вырою еще один – только Грету отпустите!
Он высунул голову из ямы и увидел перед собой грязные рабочие валенки. Это еще кто? Якка, вроде, носит унты, а фишмайстер – сапоги на меху...
- Солдатики? Жабий Глаз, ты, что ли?
Рэд задрал голову, щурясь против восходящего солнца. Ни Якки не было рядом, ни солдат. Над краем шёнбруна с лопатой в руках стоял бригадир.
- Швайн, - процедил он и ударил каталийца.
Шапка слетела с головы. Рэд рванулся, чтобы достать врага. Но тот нанес новый удар – на сей раз, по голому темени.
В глазах потемнело, пальцы разжались. Рэд рухнул обратно на дно шёнбруна.
Бригадир на всю глубину штыка вонзил лопату в край ямы. Выдернул – вонзил снова. А потом еще, и еще.
Сырая тяжелая земля лавиной посыпалась вниз, заживо погребя каталийца.
Единственный друг
Альваро помнил, как ползал по переулку, шаря рукой в темноте. Нащупал пару патронов, потом что-то разбухшее и омерзительно склизкое - кажется, дохлую кошку. Он вывернул на мостовую содержимое желудка. Едва отдышавшись, продолжил поиски. Нашарил, наконец, револьвер.
Двое каких-то парней заглянули в переулок:
- Эй, кто здесь? Ты живой?
Липкими от крови пальцами Альваро всадил патрон в барабан и заорал:
- Убирайтесь, не то пристрелю!
- А, жив!.. Молодчик.
Они пошли прочь...
Альваро помнил, как пробовал подняться на ноги, и все не получалось. Ноги были ватными от пережитого страха, а правая рука полыхала огнем – не ухватишься, не обопрешься. Он пополз на четвереньках, на локтях и коленях, не выпуская оружия из левой руки. Мимо проходили добрые люди эсферы Тени. Поза Альваро кое-кого забавляла:
- Гы-гы, стоит как шлюшка!
Он тыкал револьвером во все стороны, угрожая пристрелить. Добрые люди смеялись и шли своим путем.
Альваро помнил, как нашел яркое окно, сел в квадрате света и осмотрел рану. В ладони зияла дыра, в дыре – кровавое мясо, по окружности – пороховой ожог. Его стошнило снова.
Потом он увидел за собой след из багровых пятен и впервые подумал, может ли истечь кровью? Наверное, нет. В книгах никто и никогда не умирает от ранения в руку. Но кровь текла пугающе обильно.
Он попробовал забинтовать рану… Нет, сперва – попробовал добыть материю, и уже тут потерпел неудачу. В книгах герой легким движением рвет на бинты свою рубаху, и выглядит после этого лишь более страстным. В жизни – он судорожно дергал ткань, и рука соскальзывала, оставляя мазки грязи.
Его заметила прохожая толстуха, сжалилась:
- Давай помогу…
Оторвала кусок от рубашки и принялась бинтовать. Ее движения были грубы, Альваро взвыл от боли.
- Полегче, бездна тебя!
Она обиделась:
- Сам делай, умник.
Ушла. Он намотал полосу ткани на ладонь и попытался затянуть зубами. В книгах герои легко делают зубами что угодно: перекусывают жилы врагам, срывают платья с красавиц, завязывают и развязывают бинты. В жизни он чуть не выдернул себе резец, но бинт так и не затянул, кровь продолжала струиться из-под ткани.
Альваро помнил, как смог подняться на ноги и побрел по улице, ища повозку. С этим было сложно: редкий извозчик наведывался затемно в Старый порт. Но вот он увидел двуколку, на козлах сидел хлыщ в белом костюме с блестками. Альваро забрался на сиденье, и хлыщ спросил, каких девушек предпочитает маэстро. Да Силва велел везти в больницу. Хлыщ заявил, что он не извозчик, и если маэстро не хочет девушку, то пусть проваливает. Альваро ткнул стволом ему в бок:
- Вези, пристрелю!
Выехали из Старого порта, начали взбираться по склону. Въехали в район Ремесел, вдоль дороги пошли серые столбы.
- Теперь не пристрелишь, - сказал сводник и вышвырнул Альваро из двуколки.
Да Силва с трудом разобрался, где он. До всех знакомых больниц было далеко, до дома Фернана – тоже. Зато где-то рядом находилась таверна “Три быка”. Был шанс, что Фернан сидит там…
Альваро побрел, но ошибся направлением. Вместо “Трех быков” вышел к ночному рынку. Сияли огни, бренчала музыка. Люди веселились: кто торговался, кто танцевал. Шатаясь, Альваро наткнулся на танцора:
- Скажите: где “Три быка”?
- Я тебя знаю! - выкрикнул парень. - Ты же тот самый!..
- Тысяча чертей! Где чертовы “Три быка”?!
Альваро помнил, как тот паренек довел его – дотащил – до дверей таверны. Ввел в зал, усадил за стол, всем вокруг объявил: