- А медленные яды?..
- Действуют в течение нескольких часов, а то и дней. Вызывают очевидные симптомы пищевого отравления: тошноту, боль в животе, расстройство желудка. Вдова и дворецкий заметили бы это. А сам Хуанес понял бы, что отравлен, и помчал за помощью в больницу.
- Вы говорили, что вечером у доктора подскочило давление, и он выпил бальзама для понижения. Что, если кто-нибудь заранее подмешал в бальзам быстрого яда?
- Он принимал этот бальзам ежедневно, а в день смерти – несколько раз. Заранее подмешать не могли, только прямо перед последним приемом.
- Значит, Хуанес умер своей смертью!
Рев тяжелого парового грузовика помешал разговору, а дорогу затянуло черными клубами дыма. Беатрис обогнала это чудовище, тогда Альваро сказал:
- Гарсию Хуанеса убили. Мы просто не знаем, как.
- Отчего вы так уверены?
- Слушайте дальше – поймете. Третий поступок антагониста: он решил заставить меня бросить книгу. Сначала прислал угрозу и отрезанный палец, затем напал… - Альваро прижал к животу ноющую руку. - Что встревожило антагониста в моей книге? Напомню: мои герои – пять известных людей, о которых писано уже не раз. Доселе никто не нападал на авторов, значит, в моей книге есть нечто новое – и опасное для антагониста. Смерть Хуанеса – что же еще?
Беатрис не нашла возражений, но и соглашаться не хотела. Вместо ответа сменила тему:
- Вы видели нападавшего? Как он выглядел?
Альваро вздохнул:
- Было темно, он стоял спиной к свету, а я был изрядно пьян… Могу сказать немногое. Он – высокий и сильный мужчина, опытный в драках. Он не молод, и говорит как-то странно: не то хрипит, не то скрежещет.
- Акцент? Вот такой?
Она издала серию свистяще-каркающих звуков.
- Тысяча чертей! Это по-дангарски, что ли?
- Именно. “Меня зовут Беатрис, я стану великим писателем”.
- Вы знаете дангарский?!
Она поколебалась и с трудом поборола соблазн соврать:
- Только пару фраз...
- У вас слишком нежный голос, нельзя сравнить с тем типом. Но я уже подумывал: не дангарец ли он?
- Дангарцы пугают генерала Дезерея, - напомнила Беатрис. - Генерал считает, что они готовят нападение. В Лаэрте могут действовать их шпионы.
- Дангарский шпион – хорошая версия, - подхватил да Силва. - Он воспитан в другой морали и может убивать в белой земле! Умнее с его стороны было бы этого не делать: ведь белое убийство наведет сыщиков на мысль об иностранце. Но если он сумел скрыть сам факт преступления – например, замаскировал под разрыв сердца…
- То все равно неясно, зачем он убил Хуанеса. Генерала или оружейника – это я бы поняла. Но доктор-то чем помешал кайзеру?
- Здесь мы подходим к интересному… и к месту поворота. Вон у той мельницы – направо.
Беатрис юркнула в щель между двух телег и легко вписалась в поворот. Машина затряслась на сельской грунтовке.
- Отлично водите, - похвалил да Силва.
- Наконец-то оценили!
- Оценил сразу, как захотел сбросить хвост.
Альваро ежеминутно поглядывал в зеркало. Он не верил в способность злодея догнать Беатрис на ее “Эсперанце”, но все же контролировал ситуацию. Никаких подозрительных машин в поле зрения не наблюдалось.
- Последнее деяние антагониста: пропажа доньи Изабель. Дон Карлос эль Нинья водил жену на выставку картин (верней, она его водила – не суть важно). После выставки они решили прогуляться. Некий хулиган отвлек эль Нинью, а тем временем жену бросили в черную карету и увезли. С тех пор дон Карлос ее не видел.
- Выставка – это была “Философия ужаса”?
- Да, но какая разница? Просто модная экспозиция в галерее Элисте, многие туда ходят. Дон Филиппе, например, приглашал меня… Важно другое: Изабель похитили на белой земле! И здесь, в отличие от убийства Хуанеса, у дангарца есть мотив. Теперь шпион может шантажировать эль Нинью, а это, как ни крути, пиратский барон. У него – и боевые корабли, и маршруты контрабанды, и знакомства с важными людьми… Словом, шантаж может многое дать шпиону. Я даже подозреваю: палец, присланный мне, - это палец Изабель. Шпион догадался, что я пойду к эль Нинье, и передал ему привет.
Беатрис поразмыслила.
- Очень похоже на правду… Доктор Хуанес много болтал. Положим, он лечил шпиона и узнал его тайну, а затем стал распускать язык. Шпион убил его, чтобы заставить молчать. Но вы заподозрили убийство, и он решил запугать вас. Между прочим, шпион имеет и вторую причину опасаться вашей книги. Помните, о чем просил генерал Дезерей? “Убедите читателей, что Дангар страшен!” А это шпиону нужно меньше всего, тем более – сейчас.