Завоевал сердце, - подумал он повторно. Случилась остановка сердца.
Странным образом мысли Альваро раздвоились. Одна половина трудилась над самоуничижением. Ты жалок и слаб, куда тебе браться за прекрасных незнакомок! Не сердце пирата у тебя, а сердце труса!
Но вторая половина повторяла эти жуткие слова: разрыв мышцы, тампонада сердца. Каким-то писательским чутьем он уловил, что такое “тампонада”: кровь вытекает из порванной мышцы желудочка и скапливается внутри перикарда. Правильно ли говорить: “внутри перикарда”? Этого писательское чутье не ощущало - но плевать, уточним потом. Важно вот что: кровь накапливается в сердечной сумке и сдавливает сердце, не давая биться. Наверное, это очень больно. Доктор Хуанес схватился за грудь, закричал и упал. Спустя несколько минут он был мертв…
Альваро наспех умылся еще раз – и бросился назад в аудиторию. Вбежал в ложу, упал на свое место, незнакомка посмотрела не презрительно, а виновато:
- Маэстро, простите, пожалуйста. Я не хотела обидеть… Давайте уйдем?..
- Ни в коем случае! Мне очень любопытно!
Он вдохнул запаха ее волос, задержал дыхание и повернулся к сцене. Кроме доктора и Марко, там стояли несколько студентов, пристально глядя в недра распахнутого трупа. Доктор орудовал скальпелем и комментировал:
- Налицо отек. Перикард наполнен кровью. Тампонада уже очевидна, но не ее причина…
- Компрессионная нагрузка от удара? - предположил один из студентов.
Незнакомка прошептала на ухо да Силве:
- Пожалуйста, не нужно сарказма. Вас коробит от этого – уйдем же отсюда.
- Мне интересно, - повторил Альваро.
- Хотите, чтобы повинилась? Мстительно с вашей стороны, но что ж, имеете право… Хорошо, я поступила глупо.
Он повернулся к ней: ее лицо совсем близко, глаза – большие, тревожные, виноватые… и чуточку насмешливые в то же время. Прекрасные глаза, чего греха таить. Был бы идеальный момент для поцелуя, если б не…
- Сеньора, поверьте, - сказал Альваро, - я не манипулирую и не издеваюсь. Клянусь Алессиной: действительно хочу посмотреть!
- Извлекаем сердце! - торжественно произнес седой доктор.
Названный орган, неестественно крупный, точно распухший, показался из груди трупа.
- Необходимо измерить объем кровоизлияния. Особенно важно – отделить жидкую субстанцию от сгустков, это поможет определить темп наступления смерти. Марко, держите мерную склянку…
Доктор рассек скальпелем сердечную сумку. Струйка тяжелой густой крови потянулась в колбу. Будто гной из нарыва, или слюна из пасти чудовища… Несмотря на весь интерес к происходящему, несмотря и на тот факт, что в желудке да Силвы было совершенно пусто – его снова замутило. Чертова бездна, так просто не бывает! Не может же стошнить три раза подряд!
- Смотрите: выходят сгустки. Помещаем их в отдельную склянку и замеряем объем.
Ляп, ляп… Бурая жижа налипала на стекло изнутри и медленно сползала на дно.
- Мне чертовски интересно, сеньора… - пролепетал да Силва. - Только… уммбб… простите!
Он снова кинулся бегом из ложи. На сей раз путь был известен.
Спустя несколько минут, сидя на полу уборной, он подумал: помнишь, Альваро, как ты считал себя жалким? Что ты тогда знал о жалких людях! Иное дело – теперь...
Он умылся и выпил воды. Прополоскал рот, умылся снова. На сей раз он никуда не спешил. Дважды опозориться перед прекрасной незнакомкой – вполне достаточный успех для героя-любовника. Не нужно спешить навстречу третьему разу…
После уборной Альваро вышел на улицу. Там было хорошо: с моря веял свежий бриз, воздух наполнялся влагой. Он постоял, блаженно вдыхая свежесть и очищая легкие от запаха мертвечины. Потом заметил неподалеку машину незнакомки. Хмурая извозчица курила трубку, свесив ноги из кабины, и смотрела на да Силву. В сумраке нельзя было увидеть ее лицо, но чутьем писателя Альваро ощущал презрение. Извозчица думала, глядя на него: “Ты – слабак! Не пара хозяйке”.
- Ошибаешься, - вслух сказал да Силва и пошел обратно в больницу.
Когда он очутился в аудитории, вскрытие уже окончилось. Студенты расходились, прекрасная незнакомка беседовала с доктором, а Марко собирал инструменты. Альваро приблизился к сцене. Вскрытый мертвец – слава Древним! - на сей раз не вызывал чувств. Возможно, потому, что никто не копался в его внутренностях. Доктор что-то втолковывал даме, и Альваро не стал перебивать, а подошел к Марко.
- Позвольте вопрос…