- Открой глаза, ответь! Как так вышло? Разве тебя не выкупили?!
Она сказала:
- Я согрешила. Ты должен это сделать.
- Я не стану тебя убивать.
Сверху смотрели барон, солдаты, камни. Рэд задрал голову и крикнул:
- Расходитесь! Я не убью ее!
Ландау смерил его долгим взглядом.
- Она приговорена. Ты должен убить. Таков цуштанд.
- Я не стану, - ответил Рэд просто и буднично, словно это зависело лишь от его желания.
- Из ямы выйдет живым только один из вас.
Грета сказала:
- Ты слышал? Меня все равно убьют. Лучше ты… Только, пожалуйста, быстро.
В ответ он обнял ее.
Грета стала бить его кулачками:
- Сделай это! Так надо. Так решено!
Рэд сжал ее крепче и крикнул вверх:
- Слышали меня? Ничего не будет. Расходитесь.
Толпа растерянно зашепталась. Что делать в таком случае – никто не знал, даже обер-фишмайстер. Никто, кроме зверя, не может казнить осужденную, ведь это нарушит цуштанд. Помиловать – нелепо, коль она виновата. Принудить зверя? Охотников спуститься к нему не нашлось.
А тем временем грянул гром и началась гроза. Барон постановил:
- Каталиец, даю тебе время до завтрашнего полудня. Охрана, если осужденная вылезет из ямы – прострелите колени и сбросьте назад. Все прочие – разойтись.
Камни разбежались, а охрана разошлась от ямы, чтобы укрыться под деревьями. Рэд остался наедине с Гретой. Крепко обнял ее, поцеловал и стал укутывать, пряча от дождя.
- Зачем? – лепетала она. – Ты должен исполнить!.. Я грешна, я провинилась. Мне нужно искупить грехи!
- Раздевайся – искупишь.
- Не шути! Бог велел тебе убить меня! Такова наша судьба. Так нужно, слышишь?!
- Дуреха ты. Зря я тебя слушал все время. Давно надо было плюнуть и завязать.
- Рэд, милый, нельзя иначе! Убей меня, так будет лучше для всех!
Он поцеловал ее.
- Заладила: убей да убей… Кончай пороть чушь. Давай лучше подумаем, как выбраться отсюда. В запасе целая ночь, и ты не связана. Есть одна идея…
Грета в испуге оттолкнула его:
- Как - выбраться?! Ты что, снова хочешь сбежать?!
- Ну, да. Одному тут еще можно стерпеть, но для двоих - тесновато. Моей любимой нужен терем получше.
- Любимой?! Ты все еще меня любишь?
- Конечно!
В доказательство он крепко схватил ее пониже талии.
- Но я предала тебя!
- Судя по тому, что ты очутилась здесь, это тебя предали. А ты поступила так, как я советовал: выбирайся, если сможешь.
- Нельзя бежать, нельзя! Пойми: будет только хуже! Бог нас накажет за это!
- Срал я на вашего бога.
Тогда Грета помедлила… Струи дождя хлестали ее, волосы паклей прилипали к шее… Она вздохнула поглубже, глянула Рэду в глаза и выпалила:
- Я не отправила твое письмо.
- Что?..
- Я обманула тебя. Знала, что ты пишешь своей женщине. Хотела, чтоб ты любил меня, а не ее.
Рэд отшатнулся, исступленно затряс головой:
- Нет, нет!..
- Да. Я послала пустой конверт. Письмо выбросила.
Он попятился, споткнулся о цепь, шлепнулся в грязь. Грета присела рядом и произнесла:
- Сделай то, что велит бог.
* * *
Фридрих фон Ландау решил прийти к яме ровно в полдень. Но за час до того в Дунквальд приехали армейские собиратели подати.
- Крепкой руки, герр барон. Будем признательны, если покажете нам камней.
- Крепкой руки, офицер. Не желаете ли перекусить с дороги?
- Всю ночь лупил дождь. Сейчас просветлело, но снова собираются тучи. Лучше покончить с делами, пока не хлынуло опять.
- Разумно. Идемте со мной, офицер.
- Герр барон, мы бы хотели взглянуть на каталийца.
Они подошли к яме за двадцать минут до полудня. Фон Ландау хмурился. Он планировал явиться точно в срок, и, если зверь не исполнил приговора, – немедленно принудить его. Всю ночь барон изучал научные труды, ища ответ: допустимо ли в таком случае применить силу обер-фишмайстера? На минуту сделать зверя своей марионеткой и казнить жертву его руками, как своими? Пусть и в малой степени, но это нарушит цуштанд: хотя казнь исполнит зверь, его телом будет управлять разум барона. Однако именно шёнбрун дал Ландау такую силу, и ни в одной монографии не встречалось упоминаний о том, чтобы один шёнбрун навредил другому. Барон решился действовать, но только в назначенный срок. А теперь, из-за явления сборщиков, придется двадцать минут ждать возле ямы.
Первым вниз заглянул старший офицер и воскликнул:
- Там труп!
Тогда посмотрел и Ландау. В сплошной луже, покрывавшей дно ямы, лежало тело шлюхи. Горло было разрублено – видимо, лезвием лопаты. Шлюхина кровь перемешалась с водой, наполнив всю лужу багрянцем.