обожали мясо физиологически имея в нем большую потребность нежели люди или эльфы. Охота же не могла удовлетворить потребность, поэтому мясо было желанным и недостижимым деликатесом. Впрочем, так было всегда, даже во времена рассвета империи. Поэтому в традициях орков неизменную роль играл каннибализм. Поедание поверженных врагов считалось нормальным. В тоже время поедание павших товарищей было не допустимо, и они обязательно предавались погребению. Мы же в течении полугода сделали мясо ограниченно доступным каждому, а через год добились того что он вошло в ежедневный рацион. Глинисто-каменистые почвы не способствовали земледелию, зато за счет огромных пространств хорошо подходили для выпаса стад скота. Вблизи городов строились фермы, где разводили свиней и птицу. Все это позволило нам быстро снискать всенародную любовь и популярность. Это были значительные перемены в жизни большинства и перемены к лучшему. Мы стремились стимулировать рождаемость, назначая дополнительные пайки и льготы многодетным семьям. Впрочем, у орков с плодовитостью никогда не было проблем. Теперь, когда в наших руках оказались производственные мощности целой странны, мы начали получать сверх прибыли. Это позволило нам закупать самых лучших инженеров, ученых, специалистов. В основном это были молодые люди и гномы. Особенно щедро нас одаривало кадрами подгорное царство. Еще на исходе первого года, мы начали вводить товарно-денежный оборот. Мы наняли специалистов в области чеканки и гравюры и разработали максимально сложную в производстве монету. Мы чеканили монеты из обычного железа, драг металлов в нужном количестве мы добыть не могли. На территории нашей кустарным образом подделать ее было невозможно. В других странах теоретически это было возможно. Но опять же что бы это стало экономически целесообразно, то есть монета в производстве оказывалась дешевле номинала, нужны были серьезные технологии и производственные возможности. Настолько серьезные, что их позволить могло себе только какое-нибудь государство. Мы понимали что в будущем это может стать проблемой, но решили во первых что сможем контролировать границы и не допустить ввоза фальшивых денег из-за рубежа, а во вторых решать проблемы по мере их поступления. Все таки новая финансовая система была безумно удобным рычагом управления. Орки работали в различных областях и получали за это монетки. Часть товаров и продовольствия, которые они производили мы разрешали им покупать у централизованной городской власти. Это позволяло никого ни к чему не принуждать. Просто если кто-то пытался по старинке вести частное хозяйство, то он получал куда как меньше различных благ, чем те кто трудился за монетки. К тому же мы могли искусственно простимулировать любую отрасль, просто подняв уровень зарплат. Теоретически такая централизованно-плановая экономика должна проигрывать рыночной. Может так в будущем оно и будет. Но сейчас, когда в нашем случае все решения были в руках грамотных специалистов это оказывалось лучше, нежели у наших соседей. Бесстрастная рука рынка не знает ошибок, но этот факт никак не исключает жадности коррупционеров, беспросветной глупости капиталовладельцев, кумовства и прочих прелестей человеческой, гномьей и чей угодно натуры. Также мы привезли с собой образованных врачей, что сильно сократило смертность, хотя бы при родах, и так же способствовало росту населения и любви к нам среди него. Костью в горле оставались черные орки, фанатичные, боеспособные и делающие вид, что ничего не происходит. Несмотря на все позитивные изменения, мы были новой властью и в стране оставалось некоторое количество недовольных нами элементов. Не говоря уже о простых разбойниках, бандитизме, бытовых конфликтах. Все это требовало создания некоторого ведомства внутреннего порядка и наказаний, так как отдавать это на откуп местным городским властям решительно не хотелось. Излишняя власть развращает. В тоже время хотелось чтобы эту структуру олицетворял кто-нибудь примечательный и проецировал на себя весь народный гнев и недовольство за место меня. К слову сказать, что на тот момент я уже, за границами западного королевства, именовался императором. И на эту роль мы нашли кандидата который подходил как нельзя лучше. Эльфа по имени Морлас. Согласно давнему поверию, их народ ушел за вечное море. По легенде в противном случае в землях людей и гномов они потеряли бы бессмертие стали старится и умирать. Он действительно переселились, отставив величественные города пустовать, в наследство молодому человечеству. Но многочисленные факты красноречиво опровергают легенду. Во первых королева Сильмерен, самого крупного и прогрессивного государства людей, сидящая на троне Белого города вот уже семьдесят лет, урожденная эльфийка, дочь Валиера короля звездных эльфов. Во времена великой войны он вопреки воли отца, женилась на смертном, короле людей, великом воители возглавившим поход против темного властелина. Красивая история любви. Одно из немногих исключений из правила, что эльф не может полюбить смертного. В свое время этот пример меня немало вдохновлял. Потом смертный умер и трон людей перешел в руки эльфов. Впрочем, по официальной исторической версии она ни в коем случае не была эльфийской марионеткой, а честно отстаивала интересы государство на внешне политической арене. Как было на самом деле узнать невозможно, но люди запад любили свою королеву. Хотя оппозиция и не упускала шанс напомнить о королевском происхождении. Поколения оппозиционеров менялись, а королева оставалась на троне, нисколько не теряя своего бессмертия. Кроме того во всех крупных борделях столичных городов мира, за баснословные деньги любой желающий мог почувствовать себя королем и великим воителям вкусив плод эльфийской любви. Все они вопреки легенде и неблагодарной работе бессмертия своего не теряли и стариться не спешили. В общем эльфов по эту сторону великого моря осталось мало но они были. Морлас был одним из них. Некогда он был начальником внутренней разведки лесных эльфов, ведомства выполнявшего аналогичные функции тому, которое я планировал создать. Король же лесных эльфов Кейрос был по совместительству главой эльфов всех народностей, таким образом власть сосредоточенная в руках Морласа распространялась на всех эльфов. Он вступил в должность сразу после великой войны, то есть во время великого переселения. Грандиозные события тех лет породили разгул мошенничества и преступности даже среди благородных и бессмертных старших братьев человечества. Это дало Морласу беспрецедентные полномочия. Он был жесток и талантлив. Он взял происходящее в ежовые рукавицы, организовав сеть информаторов и доносителей. Его боялись и ненавидели. Исключительный случай в истории эльфийского правосудия некоторые дела были доведены до смертной казни. Он сделал многое и вписал свое имя в историю. Спустя десятилетие ситуация устаканилась. Но Морлас не мог легко расстаться с властью сравнимой с полномочиями верховного короля и продолжал действовать жестко и бескомпромиссно, не взирая на статус и происхождение обвиняемых. К тому же сам он был не высокого происхождения. Все это в купе позволило быстро сформироваться против него могущественно оппозиции эльфийских аристократов. В тоже время такая фигура уже не была нужна верховной власти, так как критические времена миновали. В итоге против него было сфабриковано дело и он был приговорен к пожизненному изгнания из эльфийских земель, аннулированию всех его наград и титулов а также к полному вымарыванию всех его деяний из истории. Это было страшным ударом для идейного патриота и принципиалиста. После чего он перебрался в вольный город. Подпродал кое-какие эльфийские награды, которых был формально лишен, но де факто вывез с собой, и еще некоторое барахло и начал скромное существование на проценты. Пил по всем захудалым кабакам города. Ругал эльфов, ругал их королей, наших королей, продажную эльфийскую королеву которая позорит и тех и других и все в таком роде. За короткий срок он стал никому не интересен и превратился в жалкого типа. Его то по моему распоряжению и отыскали в каком то кабаке. Он был идеален. Он имел колоссальный опыт. Эльфа с такой-то предысторией заведомо не любили все. А те кто имел честь с ним столкнуться начинали ненавидеть. Ему не страшно было давать в руки власть, так как он не смог бы меня свергнуть по причине своего расового происхождения. В тоже время истосковавшийся по власти он ухватился за мое предложение и с рвением взялся за дело. Он действительно был талантлив и опытен в своем деле. В кротчайшие сроки он набрал штат орков и людей и создал сеть по всей стране. Он знал обо всем, что происходила внутри. А спустя несколько лет имел своих людей и в криминальных и властных кругах ближайших соседей. Вопреки ожиданиям он снова стал значимой фигурой в мировой истории. И очевидно безмерно этим гордился. На его ведомство мы полагались в вопросах изоляции нашего государства от проникновения фальшивых денег. И помимо того полагали решать проблемы в порядке их поступления. А на тот момент никакое суверенное государство ни то, что не планировало вести против нас подрывную деятельность, но даже и не подозревало о нашем существовании. Точнее сказать о масштаб