Дофф кивнул, его взгляд оставался напряжённым.
— А что, если заговорщики среди нас? Если проклятие — лишь часть их плана?
— Это возможно, — Гривен провёл рукой по лицу, — но пока мы не проведём ритуал, мы не узнаем всей правды.
В этот момент лес содрогнулся. Ветер донёс странный, зловещий звук, словно шёпот тысячи голосов.
Интерлюдия шестая. Лес Теней.
Тени за пределами поляны сгущались, становясь плотнее, словно сами деревья склонялись перед надвигающейся бурей. Где-то вдалеке, за границами видимого мира, собиралась армия Моргрейна.
В сердце гниющего леса на краю Великого Леса, где некогда пели птицы, теперь царила тьма. Высокие деревья, скрученные чуждой магией, тянулись ввысь своими изломанными ветвями, словно стремясь вырваться из этой проклятой земли. В самой гуще этого кошмара, посреди древних руин, стоял Моргрейн. Его фигура, укутанная в плащ из живой тьмы, казалось, излучала тяжкое дыхание смерти. Глаза, горящие тусклым багровым светом, изучали пространство перед ним, где в безмолвном подчинении стояли сотни проклятых созданий.
— Скоро… — прошептал он, и тьма, казалось, ответила ему эхом.
Около него стояли три фигуры, такие же мрачные, как и сам некромант. Одна из них, закутанная в лохмотья, с глазами, в которых плескалась безумная радость, склонилась перед ним.
— Они нашли Алтарь, Повелитель. Их сердца колеблются, их страхи растут. Они не готовы принять свою судьбу.
Моргрейн медленно кивнул.
— Знаю. Мелиэль… — произнёс он имя, будто пробуя его на вкус. — Она ещё слаба. Но не навсегда. Нам нужно время.
Он поднял руку, и воздух вокруг зашевелился, заполнившись запахом тлена и разложения. Армия, состоящая из искажённых созданий, стояла в тишине, ожидая приказа. Их тела, некогда принадлежавшие воинам и магам, теперь были всего лишь оболочками, наполненными тьмой.
— Мы нападём на рассвете, — холодно произнёс Моргрейн. — Лес не защитит их. Они будут сражаться, но их сердца уже принадлежат мне.
Его спутники переглянулись, один из них осмелился произнести:
— Повелитель, они обладают артефактами. Если они проведут ритуал…
Моргрейн лишь усмехнулся, и его голос, будто змеиное шипение, проник в сознание слуг.
— Артефакты — лишь инструменты. Они не смогут ими воспользоваться, если их воля будет сломлена.
Его пальцы сжались, и в тот же миг воздух вокруг потемнел. Он чувствовал присутствие Хъёрга, эту тонкую нить сомнения, которую можно было превратить в оружие.
— Мы ждём их ошибок, — прошептал он. — Они неизбежны.
Армия замерла, готовая к приказу. Лес вокруг трещал и стонал, будто сам мир чувствовал приближение разрушения. Моргрейн поднял руку.
— Грядёт битва.
Дофф мгновенно поднял голову, его пальцы сжались на рукояти меча.
— Моргрейн, — произнёс он с холодной уверенностью.
Гривен ощутил, как магия Камня Истины забилась с новой силой.
— Он приближается, — пробормотал он. — Он знает, что мы близки к разгадке.
Мелиэль вгляделась в лес, её сердце забилось сильнее. Тени за деревьями сгустились, словно нечто тёмное, готовое выйти из укрытия.
— Нам нужно торопиться, — сказала она, оборачиваясь к отряду. — Мы не должны дать ему времени на подготовку.
Дофф взял её за руку, его голос был уверен:
— Мы закончим это. Вместе.
Гривен закрыл сундук, в котором покоился Камень Истины, и посмотрел на Алтарь.
— Мы должны быть готовы, — произнёс он. — Эта ночь будет длинной.
Ветер усилился, листья закружились в вихре, а где-то вдалеке, в глубине леса, раздался зловещий смех.
Ночь окутала поляну густым покрывалом тьмы, и лишь тусклое сияние рун на Алтаре разгоняло мрак. Тишина была обманчивой — каждый ощущал, что воздух словно пропитан не только магией, но и тревогой. Огонёк костра слабо потрескивал, бросая длинные тени на лица собравшихся.
Дофф сидел, скрестив руки на груди, и смотрел в огонь, словно пытался найти в его пляшущих языках ответы. Он чувствовал, как внутри него растёт беспокойство — завтрашний ритуал казался чем-то неизбежным, и в то же время пугающим. Мелиэль молча сидела рядом, глядя на звёзды, её лицо было сосредоточенным, но взгляд выдавал напряжение. Они оба понимали, что пришло время принять судьбу, но что-то в глубине души подсказывало им, что они всё ещё не готовы.
Лайолана шептала что-то себе под нос, склонившись над свитками. Её пальцы перебирали страницы, на которых были древние формулы и рисунки — последний шанс убедиться, что они ничего не упустили. Арна, сидевшая рядом, осторожно касалась рун на своих браслетах, про себя повторяя защитные заклинания.