Отец ничего не сказал, только с укоризной посмотрел на дочь.
На второй день тот же «иностранец», но уже без плаща и шляпы прохаживался около сквера. Здесь он встретил возвращающуюся с работы Лидию Ивановну Коваленко и, коверкая русские слова, спросил:
— Гражданка, где здесь пункт, куда бы можно было сдать барашковые шкурки?
— Не знаю, — ответила Коваленко, продолжая свой путь.
Незнакомец обогнал ее и, догнав впереди идущую женщину, задал ей тот же вопрос. При этом он расстегнул хозяйственную сумку и что-то начал показывать. Подойдя к ним, Коваленко остановилась. Она также посмотрела на шкурки.
— Продайте мне одну, — обратилась она к незнакомцу.
— Одну не могу, — ответил он. — Я хочу сдать оптом.
— А, может быть, у вас ковры или цигейковые шубы есть? — поинтересовалась женщина.
— И это есть, — тихо произнес незнакомец, посматривая по сторонам. — Но это все на вокзале.
— Мы можем пойти с вами.
— Подождите, продам шкурки и бриллиантовые серьги и тогда пойдем за шубой и ковром.
Он вынул из кармана небольшой пакетик, развернул его и, показывая, сказал:
— Помогите мне быстрее продать вот это.
Незнакомая женщина взяла серьги в руки, примерила к своим ушам, а затем отозвав Коваленко в сторону, тихо произнесла:
— На этих серьгах хорошо можно заработать. Вы останетесь с ним, а я пойду к ювелиру, — добавила она. — Я знаю, где он живет. Сегодня выходной и, наверное, он дома. Это здесь близко.
Коваленко согласилась.
Через несколько минут женщина вернулась с ювелиром.
Осмотрев серьги, ювелир дал им высокую оценку.
— Иван Иванович, — обратилась женщина к ювелиру, — а сколько они стоят? — Она спрашивала так, чтобы слышала Коваленко.
— Не менее тридцати тысяч, — еще более таинственно отвечал ювелир. — Принесите мне завтра в магазин, и эту цену я вам гарантирую.
Иван Иванович, попрощавшись, ушел. Женщина, поговорив с Коваленко, подошла к незнакомцу и спросила:
— Сколько вы хотите получить за эти серьги?
— Двадцать пять тысяч — так батько казав, — ответил незнакомец.
Поторговавшись, они договорились о цене в двадцать тысяч.
Женщина подошла к Коваленко и предложила ей заработать по пять тысяч рублей.
— Я бы и сама купила, но у меня не хватит денег…
Видя, что Коваленко стоит в нерешительности, Мария Ивановна, как назвала себя женщина, уверенно спросила:
— У вас есть деньги?
Коваленко молчала, что-то обдумывая.
— Да чего вы боитесь? Давайте смелее. Через час у нас будет по пяти тысяч. Это же деньги. Ну, как?
— А сколько я должна дать?
— Как дать? — переспросила Мария Ивановна. — Это же на несколько минут. Потом все ваши деньги будут у вас, да плюс и заработок.
— Ну, что, решили? — спросил незнакомец, стоявший в стороне и уже проявляющий нетерпение. — Я ждать долго не могу.
— У меня на книжке есть пятнадцать тысяч. Муж на машину собирает.
— Это же прекрасно! — Мария Ивановна отвернулась в сторону обладателя драгоценностей и подала ему условный знак. — После продажи серег вы почти на машину иметь будете, — шептала Мария Ивановна.
— У вас пятнадцать и у меня пять. Как раз хватит. Давайте возьмем, соглашайтесь!
Коваленко зашла домой, взяла сберегательную книжку и вскоре нужная сумма была в ее руках.
Мария Ивановна и незнакомец ждали ее у входа сберегательной кассы.
— Теперь давайте зайдем ко мне домой, и я возьму свои деньги, — сказала Мария Ивановна и повела их какими-то переулками, подальше от центра города.
Вскоре она вошла в один из домов. Коваленко и иностранец ждали.
— Что она так долго, — ворчал иностранец. — У меня время ограничено.
— Подождите минуточку, — попросила Коваленко.
Наконец Мария Ивановна появилась.
— Какая неудача. Мама тысячу рублей израсходовала. Но я взяла сберкнижку, и мы сейчас достанем.
— Послушайте, сколько вы меня будете водить? — продолжал ворчать иностранец. — Я же говорил вам, что мне некогда. В пять отправляется поезд, а мне еще нужно кое-что купить.
Мария Ивановна и Коваленко кое-как уговорили незнакомца, и они пошли к главпочтамту, где нужно было получить деньги.
— Перерыв, — с горечью произнесла Мария Ивановна. — Что же делать, он больше ждать не будет. — Она задумалась и вдруг ее словно осенило.
— Нужно кому-то из нас бежать к ювелиру и одолжить у него денег или сдать серьги. Идите вы, — сказала она Коваленко, — я буду его уговаривать.