Обрывки мыслей Дэви Динсмора становились все отчетливей, все ближе. Она свободно читала в мозгу этого молодого человека и знала, что он сейчас опять попытается уговорить ее стать его девушкой. В последний раз вздрогнув, она отключила свое сознание и стала ждать, когда появится юноша Это было ошибкой, что она была вежлива с ним, хотя то, что она имела его поддержку при встречах с другими молодыми людьми, избавляло ее от многих забот в годы ее отрочества. Теперь же, она предпочитала враждебность с ним, тому сорту любви, мыслями о которой был пропитан его мозг.
- О, - ухмыльнулся Дэви Динсмор, появляясь в двери, - вот где ты ныходишься!
Она серьезно взглянула на него. Семнадцатилетний Дэви Динсмор был долговязым парнем, лицом напоминавшим свою матушку с ее выступающими челюстями, у которой казалось всегда на лице играла глумливая улыбка. Дэви поднялся на террасу с агрессивностью, отражавшей его далеко идущие замыслы в отношении молодой девушки: с одной стороны, он стремился физически овладеть ею, а с другой - ему хотелось хоть как-то нашкодить ей.
- Да, - коротко бросила Кетлин. - Я нахожусь здесь. Мне почему-то показалось, что здесь я хоть на короткое время смогу побыть наедине сама с собой.
Она знала, что в основе натуры Дэви Динсмора лежало упрямство и что оно делало его невосприимчивым к подобного рода замечаниям. Мысли, извергавшиеся из его мозга, на таком близком расстоянии полностью улавливались ее разумом, сообщая ей, что «эта госпожа зря прикидывается застенчивой. Но я-таки заставлю ее оттаять!»
За этой твердой убежденностью был заставляющий замирать мозг опыт. Кетлин несколько притупила свое восприятие, чтобы отгородиться от подробностей, которые всплывали из глубин памяти самодовольного парня.
- Я не хочу, чтобы ты и дальше крутился возле меня, - сказала девушка с холодной решимостью. - Твой мозг как помойка. Мне жалко, что я вообще заговорила с тобой, когда ты впервые пытался обратить на себя внимание. Ты понимаешь, что я сейчас говорю тебе абсолютную правду и ты знаешь, почему это так. И поверь мне, что сравнение твоего мозга с помойкой еще не самое удачное. А теперь - уходи!
Краска сошла с лица юноши. Он стал переполняться яростью, интенсивность которой прямо-таки давила на ее прикрытое сознание. Она сразу же еще сильнее отключила свой разум от поношений, которые источало его сознание. Ей внезапно пришла в голову мысль, что досадить этой твари можно, только совершенно унизив его. Она сердито бросила:
- Отцепись, жалкий слизняк.
Он вскрикнул и набросился на нее.
На секунду она застыла от изумления, что он отважился сразиться с ее превосходящей силой. Затем, сжав губы, она легко избегая его беспорядочно движущихся рук, бросилась на него и резко сбила этого мужчину на пол. Но тут, она слишком поздно поняла, что именно на это он и рассчитывал. Его грубые пальцы устремились к ее голове и, вцепившись в волосы, он начал падать, увлекая ее за собой, зажав в ладони шелковистые пряди, в которые были уложены золотистые, блестящие завитки.
- О,кей! - заорал он. - Теперь-то я наконец добрался до тебя. Вот так, так. Не дай мне упасть. Вот здорово! Думаю, что ты не хочешь, чтобы я сейчас упал на пол, а? Ха-ха. Тогда и ты ведь тоже упадешь на пол и тогда… И не смей брыкаться! Я знаю, что тебе хочется сейчас сделать. Схватить меня за кисти и сжимать до тех пор, пока я не отпущу тебя. Так вот, если я опущусь хотя бы на дюйм, я так дерну за твои драгоценные локоны, что повырываю их! Я знаю, что ты можешь очень долго держать меня, не уставая, - вот так и держи!
Она оцепенела от отвращения. Он сказал «драгоценные локоны». Да, настолько драгоценные, что впервые в жизни она была вынуждена издать гортанный крик. Настолько драгоценные, что она никогда не ожидала, что кто-нибудь осмелиться прикасаться к ним. Едва не упав в обморок от страха, она всхлипнула:
- Что ты хочешь?
- Вот ты наконец и заговорила человеческим языком, - произнес Дэви.
Но ей не нужны были его слова. Сейчас все содержимое его сознания потоком вливалось в ее мозг.
- Хорошо, - вяло промолвила она. - Я сделаю это.
- И смотри, чтобы ты отпускала меня как можно медленнее , - засмеялся парень. - И когда мои губы прикоснутся к твоим, смотри, чтобы этот поцелуй длился не менее минуты. Я научу тебя, что со мной нельзя обращаться как с какой-то мразью!
Его губы расплылись в торжествующей ухмылке, но откуда-то сзади на них обрушился резкий, властный голос, в котором звучало удивление и гнев.
- Что все это значит?
- Ох, - запнулся Дэви Динсмор, и она почувствовала, что его пальцы освободили ее волосы и завитки. Она резко оттолкнула его от себя. Юноша зашатался, но затем овладел своим телом и стал заикаться:
- Я… я прошу вашего извинения, мистер Лорри. Я… я..
- Убирайся жалкий негодяй, - взорвалась Кетлин.
- Да, уйди отсюда, Дэви, - послышался мягкий голос Джема Лорри.
Кетлин посмотрела вслед спотыкающемуся Дэви - в его мыслях был панический страх, что он оскорбил одного из самых влиятельных членов правительства. Но когда он исчез, она не повернулась лицом к вновь вошедшему. Инстинктивно девушка чувствовала, как напряглись все ее мускулы, когда она старалась отвести глаза и лицо от этого человека, наиболее могущественного советника в кабинете правительства Кира Грея.
- Так что же здесь происходило? - донесся до нее голос мужчины, находившегося сзади, и он, и этот голос, был для девушки вовсе не неприятным. - Повидимому, очень вовремя я подошел, а?
- О, я даже не знаю, - холодно ответила Кетлин. Она хотела быть предельно искренней с этим человеком. - Большое спасибо за помощь, но думаю, что ваше пристальное внимание к моей особе в равной степени отталкивает меня.
- Гм-м! - он стал рядом с нею, и девушка увидела его твердый профиль, когда он склонился над перилами.
- Да, на самом деле никакого различия, - настойчиво произнесла Кетлин. - Вы оба хотите одного и того же.
Мужчина некоторое время молчал, но его мысли были такими же неуловимыми, как и у Кира Грея. Со временем он станет таким же мастером скрывать свои мысли от возможного прочтения.
Когда Лорри наконец заговорил, голос его изменился. В нем появилась нотка жестокости.
- Без сомнения ваша точка зрения на эти вещи изменится после того, как вы станете моей возлюбленной.
- Этого не будет никогда! - отрезала Кетлин. - Мне не нравятся люди. И соответственно не нравитесь вы!
- Ваши возражения не имеют значения, - хладнокровно сказал молодой мужчина. - Единственная проблема - это как я могу завладеть вами не подвергая себя обвинениям, что я вступил в тайный сговор со слэнами. Пока я не решу данной проблемы, вы можете быть спокойной за себя.
Его уверенность заставила Кетлин вздрогнуть.
- Вы полностью ошибаетесь, - сказала она твердо. - Ваши намерения не увенчаются успехом по той простой причине, что Кир Грей является моим опекуном. И даже вы не осмелитесь идти против него.
Джем Лорри задумался над этим. Затем:
- Ваш опекун, да. Но у него нет никаких сдерживающих факторов, когда дело доходит до женских прелестей. Я не думаю, что он будет возражать против того, чтобы вы стали моей любовницей. На одном только он может настаивать - это чтобы я нашел какую-нибудь причину, за которую могла бы уцепиться наша пропаганда. Не забывай, моя девочка, что твой опекун, Кир Грей, за последние несколько лет стал наиболее ревностным антислэном. Раньше, мне казалось, что у него были какие-то прослэновские настроения. Но теперь он совершенно фанатичен в отношении того, что с ними, с этими нелюдьми, нечего церемониться. Он и Джон Петти очень близки друг другу по этому вопросу, ближе, чем когда бы то ни было. Забавно!
На мгновение, он над этим задумался.
- Но вам не о чем беспокоиться, моя милая. Я отыщу формулировку и…
Голос Лорри заглушил рев громкоговорителя:
«Всеобщее предупреждение! Несколько минут назад наблюдали неопознанный летательный аппарат, пересекающий Скалистые Горы и направляющийся на восток. Он быстро оторвался от преследовавших его самолетов и предположительно направляется прямо к Центрополюсу. Всем приказывается немедленно разойтись по своим домам, поскольку корабль - есть уверенность, что он построен слэнами - будет здесь через час, исходя из его нынешнего расположения и скорости. Улицы следует освободить для военных целей. Расходитесь по домам!» Громкоговоритель замолчал. Улыбаясь, Джем Лорри повернул свое красивое лицо к Кетлин.