— Я мыслю логически, — защищался Кемп, — и поэтому я допускаю любые возможности. И, будучи благоразумным, я понимаю, что еще слишком многим вещам надо найти объяснение, прежде чем я смогу отрицать что-либо, что мне известно из истории Шелки. И стало быть, пока у нас не будет доказательств чего-то иного, я буду верить, что Шелки появились в результате биологических экспериментов с ДНК и РНК и что это сделал тот старый Сойер на острове Эха.
— Что будет с нашим браком? — спросила Джоанн с мукой в голосе.
— Ничего не изменится.
Она зарыдала:
— Я окажусь в такой же ситуации, как триста лет назад на одном из островов Южного моря темнокожая женщина, которая была замужем за белым, а на остров начали прибывать белые женщины…
Ее дикая фантазия поразила Кемпа.
— Это не то же самое, — сказал он. — Я обещаю полную лояльность и преданность тебе до конца жизни.
— Что касается личных взаимоотношений, никто не может ничего обещать, — сказала она. Но было похоже, что его слова успокоили ее. Спустя некоторое время она вытерла глаза, подошла к нему и разрешила себя поцеловать.
Через час позвонил Чарли Бакстер. Он извинился за задержку и сказал, что она произошла из-за конференции, обсудившей дальнейшие действия Кемпа.
— Там возникла дискуссия по поводу твоей роли во всем этом, — сказал Бакстер. Кемп ждал.
Окончательным решением было и в дальнейшем не давать Кемпу общаться с другими Шелки.
— По причинам тебе известным, — добавил многозначительно Бакстер.
Кемп предположил, что Бакстер имеет в виду секретные знания, полученные им от Кибмадина Ди-исаринна, это означало, что они и впредь будут посылать его с секретными миссиями, которые отрывают его от других Шелки.
Бакстер также сказал, что только четыреста Шелки имели контакт со своими двойниками. Точная цифра, которая приводилась, — 396.
Кемп почувствовал легкое облегчение и легкое презрение. Заявление У-Брэма о том, что буквально все Шелки явились объектами контакта, было лишь уловкой. И вдобавок ко всему тот уже показал себя неспособным Шелки. Эта ложь добавила еще один негативный штрих.
— Некоторые из них были весьма посредственными копиями, — сказал Бакстер, — очевидно, что они не лучшим образом умеют принимать облики других.
Однако он допускал, что даже и четыреста — это более чем достаточная цифра для того, чтобы была основана доселе неизвестная группа Шелки.
— Даже если они и не имеют должной подготовки, — сказал он, — мы просто обязаны выяснить, кто они такие и откуда взялись.
— Никаких предположений и на этот счет? — спросил Кемп.
Ничего дополнительно к тому, что он уже знал, известно не было.
— Им всем удалось уйти? — спросил Кемп. — Никто из наших не сделал больше, чем я?
— В основном гораздо меньше, — сказал Бакстер.
Похоже было, что никто из Шелки не сделал попытки задержать странных собратьев, вступивших в контакт; они просто доложили о случившемся и запросили инструкции.
— Я не могу их в этом винить, — сказал Бакстер.
Затем продолжил:
— Я должен тебе сказать, что факт твоего вступления в противоборство, и то, что еще пара дюжин Шелки поступили так же, и те причины, которыми вы руководствовались, дают нам основания полагаться именно на вас в этом деле. Короче, вот твои инструкции…
Он проговорил еще несколько минут и закончил словами:
— Бери с собой Джоанн, и сразу же отправляйтесь.
На табличке было написано: В ЭТОМ ЗДАНИИ ЗВУЧИТ ТОЛЬКО МУЗЫКА ШЕЛКИ.
Кемп, который никогда не мог долгое время слушать какую-то другую музыку, увидел легкое разочарование на лице жены. Она заметила его взгляд и, очевидно, прочитала его мысли, потому что сказала:
— Ну да, этот уровень находится вне моего восприятия, словно звучит одна нота или несколько нот, которые повторяются в различных комбинациях, вызывающих головную боль.
Она остановилась, качнула своей прелестной головкой со светлыми волосами и сказала:
— Я вся в каком-то напряжении и чего-то боюсь, и мне нужна хорошая встряска.
Для Кемпа, который наслаждался музыкальной гармонией, недоступной человеческому уху, ее эмоциональный всплеск был чем-то таким, к чему Шелки, женатые на обыкновенных женщинах, вынуждены привыкать. Эти женщины долго и трудно свыкаются с действительностью, вызванной такими взаимоотношениями.
Джоанн уже много раз ему говорила: «Вот она ты, с этим физически совершенным, красивым мужчиной. Но все время ты думаешь: в сущности, это не человек. Это монстр, который в мгновение ока может превратиться или в рыбоподобное, или в космическое существо. Но конечно же, я ни за что бы с ним не рассталась».