Итак, вы видите, то, что сделал Сэмюэл Ланн при помощи мутационной установки со своей женой, которая принесла ему трех первых младенцев-слэнов — одного мальчика и двух девочек — более шестисот лет тому назад, не прибавило ничего нового в человеческом теле, но лишь изменило или подвергло мутации уже существовавшее.
Кэтлин казалось, что он говорил, чтобы выиграть время. Его быстрая мысленная вспышка содержала в себе полутона полного понимания ситуации. Он должен был отдавать себе отчет, что никакие резонные соображения не охладят пыл такого человека, как Джем Лорри. Она слышала, как его голос продолжал звучать:
— Я даю вам эту информацию потому, что совершенно очевидно, что никто из вас никогда не побеспокоился о том, чтобы исследовать действительное положение вещей и сравнить с расхожими представлениями. Возьмем, к примеру, так называемый превосходящий интеллект слэнов, о котором говорится в полученном сегодня от них письме. На этот счет давным-давно был проведен старый опыт, в котором Сэмюэл Ланн, этот необычайный человек, воспитывал детеныша обезьяны, человеческого младенца и младенца-слэна в строго научных условиях. Обезьяна оказалась наиболее способной, за несколько месяцев научившись тому, на что младенцам человека и слэна потребовалось гораздо больше времени. Затем человек и слэн научились говорить, и обезьяна безнадежно отстала. Человек и слэн продолжали развиваться примерно одинаковыми темпами до тех пор, пока в возрасте четырех лет не начала работать телепатическая способность слэна. На этом этапе ребенок-слэн вырвался вперед.
Тем не менее впоследствии Ланн обнаружил, что путем интенсификации обучения человеческого ребенка ему представилась возможность догнать слэна и оставаться примерно вровень с ним, особенно в остроте ума. Огромным преимуществом слэна является способность читать мысли, что дает ему непревзойденную возможность заглянуть в психологию и таким образом иметь более ранний доступ к знаниям, которые человеческий ребенок может получить только с помощью слуха и зрения…
Джон Петти прервал его низким хриплым голосом:
— То, что ты говоришь, мне было известно давным-давно, именно из-за этого мы не можем рассматривать предложения о мирных переговорах с этими… этими чертовыми искусственными созданиями. Для того чтобы стать равным слэну, человеку приходится напрягаться в течение долгих лет, а слэнам это дается с чрезвычайной легкостью. Другими словами, все, кроме мизерной части населения, никогда не смогут быть чем-то большим, чем просто рабами, по сравнению со слэнами. Джентльмены, нужно говорить не о мире, а об усилении методов уничтожения. Мы не можем позволить себе риск этих макиавеллевских планов, которые мы сейчас обсуждали, потому что опасность, что что-то может пойти неправильно, слишком велика.
Один из членов Совета добавил:
— Он прав!
Несколько голосов откликнулось в поддержку; и внезапно исчезли сомнения относительно того, каким будет приговор. Кэтлин заметила, как Кир Грей пробежал пристальным взглядом по лицам. Он сказал:
— Если таково будет наше решение, то я буду считать серьезной ошибкой, если кто-то из нас возьмет сейчас ее в наложницы. Можно быть неправильно понятым.
Тишина, которая за этим наступила, была тишиной согласия, и взгляд Кэтлин перескочил на лицо Джема Лорри. Он холодно встретил ее взгляд, вяло поднялся на ноги и направился к двери. Когда она проходила мимо, он пошел с ней в ногу.
Лорри открыл ей двери и низким голосом произнес: «Это ненадолго, моя дорогая. Поэтому не строй напрасных надежд», — и самоуверенно усмехнулся.
Но не об этой угрозе думала Кэтлин, когда медленно шла по коридору. Она вспоминала удивление на лице Кира Грея, когда Джон Петти потребовал ее смерти.
Концы не сходились с концами: это не сочеталось с его вкрадчивыми словами, которые он произнес минутой спустя, когда проинформировал остальных о том, что корабль слэнов управлялся роботом и был посажен в болотах. Если это было так, почему он был так испуган? А если это было не так, значит, Кир Грей пошел на ужасный риск и солгал из-за нее и, вероятно, даже сейчас волновался на этот счет.
Глава 9
Джомми Кросс быстро, но внимательно смотрел на развалину, которую представляла собой Бабушка. Он не держал зла на нее за предательство, хотя в результате он оставался бездомным и будущность его была неясна.
Сперва нужно было решить, что делать со старухой.