- Да, кто тебя поймает? – скептически бросил Хань Юл в ответ.
- Я же сказал – это не простой наивный, ничего не подозревающий бизнесмен, - кажись в миллионный раз объяснил Джин Хо. – Этот сдал отца, из-за него предка повязали и закрыли на десять лет. Если он меня узнает, я…
- Ого, - не ожидая такого, хлопнул в ладони удивленный Хань Юл. – А как тогда… Я имею в виду, как твоего отца не узнали? Если не ошибаюсь расклад все тот же, ты должен жениться на дочке-уродке его компаньона, прожить с ней год в подтверждение бизнес сделки, а в это время на тихую отобрать компанию папаши, так?
- Именно, - подтвердил Джин Хо.
- Не уж то твой отец так изменился, что враг даже не узнал его? – удивился Хань Юл. – Что-то сомневаюсь.
- Для них мой отец иной мужчина, нанятое подставное лицо для будущих махинаций. Так как отец больше не может показываться на глаза, а я ничего не достиг, по его словам, то обязан работать за него. То есть потерять год жизни с дочуркой компаньона.
- Ну вот и докажи, что можешь достичь чего-то, - кривая улыбка снова появилась на лице Хань Юла.
Ну конечно, легко говорить, когда не ты обязан впутаться в сомнительную аферу. Легко болтать о великих возможностях, когда предстоит много лгать. Поэтому Джин Хо молчал, решался и боролся сам с собой. Несмотря на то, что благородством особым никогда не отличался, все же пойти на обман не хватало духу. То ли мысль о годе своеобразного рабства не давала покоя, то ли сама идея прожить все это время в браке с кем-то, кого даже не знаешь, отбирала любое желание на существование.
– Брат, хватит ныть, - не выдержал Хань Юл и, достав бутылку виски, разлил по стаканам. – Развеселись-ка лучше.
Джин Хо молча взял стакан и залпом выпил его содержимое. Настроение не к черту, друг прав. Но несмотря на уговоры Хань Юла, парень продолжал мысленно раздумывать, взвешивать за и против. Ему нравилась его жизнь, жизнь полна удобств и главное у него всегда был выбор. Всегда! Но не в этот раз. Если сейчас не выполнит отцовской просьбы, прежняя жизнь канет в небытие, деньги исчезнут, и он, вероятней всего, станет нищим.
- Мое мнение, - голос друга снова пробудил от навязчивых раздумий. – Соглашайся, брат. Соглашайся и точка!
- Как подумаю, что для этого нужно ублажать какую-то мышь, которой даже родной папуля не дорожит и, - откинувшись на спинку дивана, пробурчал Джин Хо. – Ниже падать некуда.
- Кто она кстати? – наливая вторую порцию виски, спросил Хань Юл. – Видел ее уже? Наверное уродина редкостная, иначе вряд ли бы согласилась на такое.
- Не хватало увидеть и до подписания договора ночами не спать, - теперь ухмылка появилась на лице Джин Хо. – Каждый раз, когда отец собирается о ней рассказать я попросту сбегаю из дому.
- О, - задорный смех друга залил комнату. – Брат, ты попал!
- Прекрати, и без тебя тошно, - отмахнулся тот и выпил очередную порцию успокоительного. – Меня совсем не прельщает мысль в свои двадцать пять стать окольцованным.
- Ну, ведь ненадолго, одурачишь и смоешься, вернешься к прежней жизни ну и к обычным подружкам разумеется.
- В твоей интерпретации это не так уж и страшно, - улыбнулся Джин Хо.
- А это и не страшно, друг, - подтвердил Хань Юл. – Обольщать тебе не в первый раз, а тем более, если девчушка совсем дурнушка. Запудришь мозги, влюбишь в себя без памяти и под ее носом провернешь не хитрое дельце. Девочка и глазом моргнуть не успеет, как останется одна у разбитого корыта с бедным папочкой в придачу.
- Даже не знаю…
- Короче говоря, ты думай, а я пойду, меня и так уже заждались, - ухмыльнулся друг, намереваясь в ту же секунду оставить парня наедине. – Закроешь за собой. Если надумаешь повеселиться, ты знаешь, где меня искать. Кстати там батл сегодня намечается. Вроде обещали дикое зрелище.
- Хорошо, - нехотя ответил Джин Хо вслед убегающему Хань Юлу. – Я подумаю.
Возвращаться домой совсем не хотелось, сидеть в одиночку тоже, но сегодня как никогда нужно о многом подумать и многое взвесить, и пустая квартира друга в этом случаи просто подарок судьбы.
Жизнь Джин Хо всегда полна различного рода приключений. Он безусловно был и остается любимцем девушек. Благодаря необычной внешности, росту, телу и вкусу, ему в априори не было равных. Девушки не задумываясь выбирали его среди толпищ остальных. Вот юнец и стал жутко самоуверен, да до такой степени, что неудач за двадцать пять лет жизни для него не существовало. Неважно кем являлась девушка, какой национальности, какого социального уровня, в конечном итоге она в него влюблялась.