Крайне обеспокоенная появлением во дворце крыс, женщина завалилась внутрь. Представшая ей картина совсем не вязалась с ее ожиданиями, но шокировала гораздо больше. Перед ней предстала камеристка, и это в рабочее то время! и о Боже! в барышнином платье!
Лицо ее сделалось строгим и серьезным, она поджала губы и сощурила глаза, сверля ими девушку.
- Откуда платье!? Из барского гардероба крадено!? - как гром среди ясного неба прозвенел ее голос.
Марфа изменилась до неузнаваемости. Ее передернуло, она поежилась, а маковый цвет схлынул с ее щек. Камеристка лихорадочно начала открещиваться:
- Нет, что вы, что вы!
Но мадам Штосс ответом осталась неудовлетворена и принялась разносить бедную Марфушу в пух и прах.
- Вот же ж, взяли на свою голову!
- А я-то ее еще и обучала приличным манерам: разжовывала ей каждый раз, что неприлично ковырять в носу, не следует в присутствии хозяев и их гостей почесываться, сморкаться, доставать застрявшую еду из зубов, поправлять чулки и носки и нижнее белье; объясняла, какие слова следовало употреблять, а какие нет, как обращаться друг к другу и господам, когда говорить и когда молчать; научила читать и привила ей любовь к правильной литературе (под ней мадам Штосс подразумевала, издававшуюся в то время биллетристику на темы: «Как быть хорошим слугой», «Как набраться хороших манер»)... Ох, сколько я намучилась с тобою! А сколько времени и сил было утеряно безвозвратно, теперь вижу еще и впустую.
- А она вона как..., оказалась воровкою!
Мара лишь растерянно разводила руками.
- Платье сюда! Живо!
- Не знаю, понимаешь ли ты, что это за дом и какой чести ты удостаиваешься, работая здесь!?
С сомнением глянув на Марфу, мадам Штосс вздохнула и добавила:
- И смотри у меня, княгини покамест докладывать не стану, но еще одна подобная выходка и....
Она вздернула свой костлявый крючковатый палец вверх и пару раз тряхнула ладонью, будто бы замахиваясь на камеристку.
- Даю тебе неделю, чтобы доказать мне, что ты достойна работать во дворце да еще и в качестве камеристки ее Сиятельства, а там посмотрим. Будешь стараться — останешься. И помни: скромность и трудолюбие, послушание и благодарность - вот, что должно стать твоим девизом, если хочешь прижиться здесь. Однако, — повысила голос мадам Штосс, — малейшее невыполнение обязанностей, ослушание или, не дай бог, препирательство понесет за собой серьезное наказание, вплоть до отправки обратно в деревню.
- Оденься уже подобающе! Хватит стоять в исподнем. Ты там что, примёрзла!? И за работу! Живо!!!
Мадам Штосс приняла платье, и покинув комнату камеристки, ненадолго задержалась у двери, в растерянности припоминая, куда же она шла и что же хотела сделать. Но заминка была недолгой, а память у мадам отменной, и женщина поспешила дальше по коридору.
Позже Марфа делилась с Аннушкой, сетуя на мадам Штосс:
- Платьем меня одарили с барского плеча, а оно вона как обернулось... Да ты не думай, я свое место знаю, да и некуда в таком платье ходить. Домоправительница и слушать меня не пожелала. Устыдила, так еще и платье к рукам прибрала. Ну куда оно ей!? Как пить дать: сдаст в ломбард да копеечку себе в карман положит!
Автор приостановил выкладку новых эпизодов