20 день 6 лунного цикла 616 солнечного оборота.
Два дня Невериот провел в тяжелом бреду, то вырываясь из его цепкой хватки, то погружаясь в самые пучины мучительных видений. Ремме было не легче. Сначала ее истерика перешла в тихий скулеж, но и он затих в конце дня. Первым, кто встретил пробудившегося Охотника, был запах нечистот. Что, в общем-то, и не удивительно. Кряхтя, Невериот как мог сел.
- Ты самое настоящее чудовище, Нев. Как ты вообще выжил то? – Ремма, бледная как смерть, с тревогой смотрела на Охотника. На белой шее отчетливо виднелся след от укуса.
- Кто бы говорил. Никогда не слышал, чтоб у эльфов была не гуманоидная форма, – в ответ Ремма лишь фыркнула. Не смотря на боль во всем теле, Невериот встал и, найдя взглядом свой топор, направился к нему.
- Это все неважно. – Ремма потерла шею, осматривая прикованных людей. – На удивление, он их не тронул. Хоть кого-то, но мы смогли спасти. Хотя в себя они так и не приходили, – волшебница тяжело вздохнула.
- Ага, что-то типо того, – подобрав топор, Невериот подошел к одному из пленных. Тот поднял на Охотника взгляд мутных глаз. Сожаление. Обида. Ненависть. Одним взмахом топора Охотник расколол череп бедолаги на две половины. Уже мертвое тело упало на пол, забившись в конвульсиях.
- Ты что творишь! – закричала Ремма, глядя на этот ужас широко распахнутыми глазами.
- Мы никого не спасли, - ровно ответил Невериот. Не смотря на спокойствие голоса, в его глазах жила холодная ненависть. – Они уже обречены. Малэлас никого не отпускает просто так. Он уже проворачивал подобное в прошлом.
- Но, но я проверила их! Они обычные люди, я уверена в этом! – эльфийка хотела преградить путь Охотнику, но ноги не смогли удержать ее.
- Тогда мы тоже были уверены. Тогда мы тоже проверили. Но он способен прятать свои чары и кровь очень глубоко, – Невериот подошел к следующему человеку и занес над ним топор. – Мы не можем так рисковать. Не можем повторить ту ошибку, – голова второго пленного так же не устояла пред топором. – И не можем забыть. Всех, кого он погубил. Всех, кого заставил погубить. Если не хочешь помогать, так не мешай.
Волшебница с ужасом наблюдала, как Охотник методично и без лишней суеты убивает пленных. Слезы текли по ее бледным щекам. Неосознанно она схватилась за шею.
- Такова суть войны с Малэласом. Он отравляет все, к чему прикоснется. Есть только один способ остановить его. Сжечь все дотла. Свой выбор я сделал. Теперь пришла пора его делать тебе, Ремма. – Охотник подошел в волшебнице, смотря на нее сверху вниз. Вопреки темному делу, топор сохранил свою девственную чистоту. Эльфийка обвела взглядом подземелья и трупы. Все еще держась за шею, она затрясла головой.
- Нет, я не могу! Не могу! Я боюсь! – ее тихий плачь перешел в рыдание. Невериот лишь кивнул и молча направился к выходу, оставляя волшебницу в своем прошлом. Больше они никогда не встретятся.
***
Тишину подземелья нарушал лишь тихий плач. Одинокая эльфийка, снедаемая страхом, никак не могла найти в себе силы покинуть это место. Она боялась. Но не только за себя. Больше всего она боялась за Невериота. Ведь он был прав. Малэлас отравлял все, к чему прикасался. Все.
Конец