— Ах, вот ты где! — он крепко обнял ее, — меня что-то разбудило…
Стук в дверь повторился, еще более настойчивый. Лада испуганно посмотрела на Федора и еще сильнее прижалась к нему. Он чмокнул ее в макушку и мягко отстранился.
— Может, кому нужна наша помощь, — тихо произнес он.
Он открыл дверь и застыл с удивлением в глазах Лада боязливо подошла на цыпочках и тоже ахнула от изумления.
— Машка? Ты что тут делаешь? Ночью?
Маша — давняя подруга Лады — одна из тех, кто посмеивался за спиной, когда они с Федором проходили мимо.
— Вы меня пустите? — хрипло попросила она.
Федор раскрыл дверь пошире. Шмыгая носом, незваная гостья ступила на порог. Она вся дрожала от холода, мокрые спутанные волосы прилипли к лицу. Под ее ногами от дождя образовалась небольшая лужица.
Лада тут же побежала за одеялом, а Федор разжег в очаге огонь. Поленья тихо потрескивали, отбрасывая блики.
— Пожалуйста, Лада, задвинь занавески, я не хочу, чтобы меня здесь видели, — дрожащим голосом сказала Маша, усаживаясь и кутаясь в шерстяное одеяло на один из стульев.
Лада нахмурилась, но сделала так, как ее попросили. Затем налила в чан воду из кувшина, сорвала над головой несколько веточек сушеных ромашек и добавила туда же. На стол поставила мед и малиновое варенье.
Маша заплакала.
— Рассказывай, — велела Лада.
Маша покосилась на Федора.
— У меня от мужа нет секретов, — твердо произнесла Лада, усаживаясь напротив нее.
— Это личное, — еле слышно сказала Маша.
— Пожалуй, я пойду, — Федор чмокнул жену в щеку и вышел из комнаты, плотно притворив за собой дверь.
Вода с ромашкой вскипела и Лада разлила ее по чашкам, Маша тут же судорожно схватила ее и хлебнула обжигающей жидкости. Лада ждала, но подруга не торопилась.
— Что случилось? На тебе лица нет. Или ты пришла попить чаю?
— Я беремена, — выпалила Маша.
Глаза Лады округлились.
— Как? То есть…Ты же не замужем.
— А то я не знаю, — огрызнулась Маша, — то-то и оно!
Лада облокотилась на спинку стула и скрестила руки на груди.
— А я тут с какого боку? И, кстати, я налила тебе ромашку для успокоения, но беременным ее лучше не пить.
Маша поставила чашку и в мгновения ока очутилась перед Ладой на коленях, схватила ее руку и запричитала.
— Ладушка, милая, подруженька моя, только ты мне сможешь помочь! Прошу тебя! Твой отец, он был лучшим знахарем у нас в деревне, да что в деревне! К нему с города приезжали за снадобьями и с неизлечимыми болезнями. Я знаю, он учил тебя.
Лада вырвала ее руку из своей.
— Он никогда не занимался таким.
— Должны же быть какие-то снадобья, травы. Ты только скажи мне, я сама их соберу, ты только приготовь как нужно!
— Встань, не унижай себя.
Но Маша сидела и ревела, закрыв лицо руками. Вдруг она как будто опомнилась и закопошилась в одеждах. Она достала мешочек, в котором звенели монеты.
— Вот, это все, что я смогла унести, не вызвав подозрений.
— Спрячь! Ты же знаешь, мой отец никогда не брал деньгами.
— Значит, ты согласна? — тут же спросила Маруся.
— Нет, — Лада покачала головой, не веря ушам своим, — я даже слушать об этом не хочу!
— Ты не понимаешь. Если узнает моя семья! — она снова заревела, закрывая лицо в ладонях.
— А отец-то кто?
— Семен, — она закивала для пущей убедительности, — но он не в курсе, никто не в курсе, никто не должен знать!
— Как? Ты ему не сказала?
Маша оторвала руки от лица и сердито посмотрела на нее.
— Конечно я ему не сказала. Я не хочу за него замуж! Он совершенно не годится для этого.
Лада нахмурилась.