— Ага, — Ваня серьезно кивнул, и вдруг он покраснел еще больше, чем был, — мне даже понравилась одна девочка, — сказал он доверительным шепотом, — поможешь мне обратить на себя ее внимание? — он снова поправил очки безуспешно пряча стеснение.
— Ты пришел за советом именно ко мне? Иди сюда, — растроганная Дана опять хотела обнять его, но он умудрился вывернуться, — для начала перестань стесняться, — она все-таки дотянулась до него и потрепала по густым непослушным волосам.
Они просидели у нее в комнате до глубокой ночи, Дана щедро делилась с Ваней всеми девчачьими секретами и давала советы.
Утром Дану разбудил телефонный звонок, она еле разлепила глаза, чтобы прочитать кто такой смелый — Макс.
— Дана! Дана! — кричал он в трубку, таким взвинченным он еще никогда не был, — ты не поверишь.
— Что случилось? Не пугай меня так, — сон как рукой сняло.
— Милка очнулась! Представляешь. Моя сестренка, Дана! Она очнулась!
Глава 25 Та, которой он дарит цветы
Дана примчалась так быстро, как только смогла. Когда она забежала в палату с полным пакетом и букетом цветов, в глаза сразу бросился образ Макса. Он сидел на корточках рядом с кроватью, держал Милу за руку и с огромной любовью смотрел на сестру. От него исходил такой сильный, блистательный свет, что будь сейчас ночь, он озарил бы сиянием целую улицу. Так выглядело огромное счастье.
Мила оказалась такой маленькой и хрупкой, что непременно хотелось ее обнять и утешить, сказать, что все будет хорошо
— Дана! — Максим встал, — знакомься — это моя сестра Мила, Мила — это Дана, моя девушка.
Дана зарделась при его словах.
Мила серьезно кивнула. Она полулежала на подушках, можно сказать утопала в них, они казались такими огромными для ее маленькой головы, а личико своей белизной ничуть не уступало их цвету. Это Дана разглядела через пелену восприятий более ярких и насыщенных. Зато хорошо видела, что девочка очень напугана. Мила не понимала, что происходит, была растеряна, но, когда смотрела на Дану, немного успокаивалась. Она ей понравилась.
— Как самочувствие? — Дана поставила мамины пионы в вазу на прикроватной тумбочке, в которую же положила пакет с фруктами и детскими пюре.
— Она ничего не помнит, — ответил за сестру Максим и легонько поцеловал ее руку, — но ничего страшного, врачи сказали, что память постепенно вернется, это посттравматический стресс.
Дана села на краешек кровати.
— Я тебя знаю? — спросила Мила тоненьким и слабым голоском.
— Нет, милая, — Дана тепло улыбнулась, — мы раньше не встречались.
— Перед тем, как ты пришла, я ей рассказывал о ее любимой книжке, о ее школьных друзьях, каким она была сорванцом, — он с любовью посмотрел на сестру.
— Помнишь, как однажды тебе купили розовые резиновые сапожки и после ливня мы пошли гулять, а ты не пропускала ни одной лужи. И вот ты нашла, наконец, лужу своей мечты, она была похожа на озеро, настолько огромная, еще и глубокая, и ты с визгом «Смотрите, как я могу!» сиганула прямо в ее середину. Мало того, что она оказалась тебе по колено, вся вода затекла тебе в сапоги, так еще и все мы выглядели так, словно искупались в ней. А ты потом ухахатывалась, показывала на нас пальчиком и кричала, что у всех появились веснушки.
Мила ни разу не улыбнулась, но слушала с интересом.
— Я хочу спать, — сказала она и закрыла глаза.
Макс приложил палец к губам и знаками показал Дане на выход. Они нашли кофейный автомат и заказали по капучино.
— Я только зашел в комнату и тут мне звонят, — рассказывал Макс на эмоциях.
Они уселись на протертый диванчик в холле, в углу которого примостилась старушка.
— И говорят: «Ваша сестра...», у меня чуть сердце не остановилось, сразу подумал о самом худшем. А они: «Очнулась! Приезжайте скорее». Я так счастлив, ты не можешь себе представить.
Дана засмеялась, еще как может! Но спохватившись, быстро отвернулась.
Он вдруг соскочил с дивана, отобрал у Даны стаканчик с кофе и отставил в сторону. Подхватил ее и крепко обнял, прошептав на ухо: «Я самый счастливый человек на планете».