Та быстро закивала, даже не скрывая счастливой улыбки. Похоже, Елизавету ничего больше не интересовало кроме удачного выступления своих подопечных.
С этого момента жизнь Даны пошла наперекосяк.
Она поспешила домой в шмотках этой Вики. Надо было футболку обмазать духами, чтоб и сценический образ испортить, почему она сразу не догадалась? Сейчас уже поздно об этом думать, нужно успеть до прихода родителей принять душ, а то и голова начала уже побаливать от слишком резкого аромата.
Она взмокла до седьмого пота пока бежала, а в голове крутилась лишь одна мысль: «Я убью эту курицу». Она убедит Елизавету выгнать ее ко всем чертям, конечно, убедит, ведь это и ей было нужно. Кто даст гарантию, что на премьерном показе спектакля эта сучка Вика не выкинет что-то подобное? Перед глазами стояла счастливая улыбка на роже Вики. А еще, она разлила ее дорогие духи! А если… Нет этого не может быть. Ну а вдруг, Елизавете покажется, что Вика справилась с этой ролью лучше, чем Дана? У нее непроизвольно вырвалось рычание. Хоть бы сегодняшнее превью провалилось к гребаной матери! О как же она желала этого, только провал из-за этой стервы сможет вернуть Дане утраченную гордость. Хотя…
Дана остановилась.
А что, собственно, мешает сделать это прямо сейчас? Руки непроизвольно сжались в кулаки. Эта тварь должна понести наказание!
Дана резко развернулась и отправилась обратно в школу.
— Она еще пожалеет, что родилась на этот свет!
***
Действие шло в полном разгаре. Драка между бандами, выкрики из зала: «Поддай ему! Врежь как следует!», сменились полнейшей тишиной, когда Дана вышла на сцену и уверенным шагом направилась к лже-актрисульке.
«Вот тварь, уже успела засосаться с моим парнем!»
— Дана! Нет! — Елизавета стояла за кулисами с противоположной стороны, подсказывала реплики. Проще говоря, была вместо суфлера.
— Становится горячо! — выкрикнул кто-то из мальчишек и его поддержали.
Похоже, они приняли это за поворот сюжета.
Вика стояла смотрела как Женя надевает шлем, когда Дана впилась рукой в ее вонючие патлы и резко развернула к себе.
— Ты рехнулась? — Вика ошарашено уставилась на нее.
Дана дала ей хорошую оплеуху. Толпа в зале заулюлюкала. В глазах Вики зажегся опасный огонек, и она с силой дернула Дану за волосы, другой рукой влепила ей пощечину. Удар был что надо, у Даны аж в глазах потемнело, а в шее что-то хрустнуло. Дана не осталась в долгу и врезала ей по носу кулаком, но как ей показалось, вышло слабо. Однако, из левой ноздри вытекла струйка крови. Вика с ревом набросилась на Дану.
— Девочки прекратите!
Елизавета выскочила из укрытия, но их уже оттаскивали друг от друга. Напоследок, Вика впилась ногтями в ее лицо, от которых у Даны остались три полоски на щеке. Она в отместку успела плюнуть в физиономию Вики.
Занавес закрывался.
В зрительном зале послышались возгласы негодования.
— Ну вот, только самое интересное началось.
— Дорогие зрители, просим прощение, по техническим причинам спектакль отменяется! — хорошо поставленным голосом проговорила Елизавета.
Позже Дана корила себя за выходку, раз за разом прокручивая случившееся в голове. Чем она только думала? Но в этот момент ее ослепляла неконтролируемая ярость.
Дану вели по коридору к кабинету музыки, куда только что завели Вику.
— Отпусти, говорю! — она вырвалась из рук парня, который ее крепко держал, и запоздало поняла, что это был Женя.
— Женя?
— Не сейчас, — он выглядел таким злым, словно она ему врезала.
Ее родители, брат и Юля шли вслед за ними.
— Дочь, — сказал отец, но Дана не осмелилась посмотреть на него.
— Что на тебя нашло? — и лучше бы она не видела полный ужаса взгляд матери.
— Она сама виновата, — с вызовом сказала Дана.
Женя куда-то пропал, а из кабинета музыки, где Вике, похоже, оказывали первую медицинскую помощь, вышла Елизавета.
— Чтоб я тебя больше не видела на репетициях.
— Но…
— Не беспокойтесь, мы и так переезжаем, — отец перебил ее.
Рука дернулась к сережке, привычный жест успокаивал ее. Дана хотела было высказаться и уже приготовила оправдательную речь, полную смирения, но тут до нее дошел смысл сказанных слов отца.