Мрак…
— Ладно, Димон, я пойду на свои вечерние процедуры, а ты, залетай ко мне послезавтра, — поспешно сворачиваю разговор, потому как разбередил мысли ненужные. Испытываю острую необходимость срочно остаться одному в своей тишине и темноте. — Как раз пицца закончится, привезешь новую. Бывай, друг.
Не дожидаясь ответа и очередной порции возмущений, не спрашивая, даже ради проформы, как дела с бизнесом, кладу трубку. Он не дурак, поймет. И не истеричка, чтобы перезванивать и пытаться меня образумить.
Чисто интуитивно я знаю, что время уже подходит к десяти часам вечера, мне даже не требуется голосовое озвучивание. К такому тоже привыкаешь достаточно быстро. Особенно, если изо дня в день в жизни ничего не меняется. А значит по графику у меня выедающие глаза капли, холодный кусок пиццы на ужин и типа сон. Хоть сплю я мало и урывками. Кошмары одолевают.
И ко всему прочему, сегодня я еще буду загоняться тем, что моя жена делала вчера вечером. И с кем…
Я не наивный малый, вовсе нет, знаю, что она может ударить очень больно, если захочет. Но я ей доверяю. Потому что у нас был разговор на эту тему. И она тогда мне презрительно выдала, что не стоит мне равнять всех по себе. И если она пожелает другого мужчину, то непременно мне об этом сообщит. И она не врет. Изменит — приедет и в подробностях расскажет, как это было. И пока она не приезжает, то у меня есть призрачная надежда, что она просто отходит и ищет в себе силы меня простить. Иришка очень ранимая, а я так с ней… Точно же скотина редкостная.
В груди давит, будто камень лежит на сердце. Предчувствие нехорошее. Будто что-то должно случиться. Если уже не случилось… Серый, чтоб тебя, какого черта ты промолчал?
Допиваю коньяк, ставлю стакан на место. Что там по плану? Капли, еда, сон…
Но едва я делаю шаг в сторону ванной комнаты, как слышу на первом этаже шорох и легкие шаги. Замираю. Мои инстинкты вмиг обостряются до запредельного уровня. А это уже интересно. Весьма.
-7-
Никто не может войти в дом без моего ведома. Ворота закрыты, входная дверь тоже. Ключи в единственном экземпляре есть только у меня. Даже Ирине не давал. Она не просила. Связь с внешним миром только по телефону.
Так что, если сдохну здесь, к примеру, упав с лестницы и сломав шею, то найдут меня через три дня после последнего визита Атласа или Ветрова. Жена не приедет, даже если попрошу. Наказывает меня молчанием. Добивает. Да я и не зову. Просто жду, как собака хозяина.
Бесшумно подхожу к лестнице и замираю прислушиваясь. Знаю, что в доме темно. Мне свет ни к чему. Он даже раздражает, если его много. Режет роговицу и глаза беспрестанно слезятся. Спускаюсь. Запоздало понимаю, что не совсем одет, но потом отмахиваюсь от этой мысли. Я разве кого-то к себе приглашал? Так что…
Когда я приближаюсь ко входу в гостиную, то уже точно уверен, что внутри комнаты меня ожидает сюрприз в виде… женской особи. Пахнет, почему-то малиной. И я беззвучно втягиваю воздух. Это очень вкусный запах. Лето. Беззаботность. Свобода. Понятия не имею, почему именно эти ассоциации у меня возникают. Но они мне очень нравятся. Снова напрягаю слух. Шумное частое дыхание подтверждает мои догадки, что в мой дом проникла незнакомка. И она боится. Останавливаюсь на пороге.
Чтобы это значило? Откуда она здесь? Прислушиваюсь к своим ощущениям, но мои инстинкты молчат. А это значит, что опасности нет. Иначе я бы почуял, как тогда в больнице, когда ушлая медсестричка хотела забраться ко мне в душ. Ладно, это была не совсем уж и опасная ситуация, но согласитесь, стремная. Престижная клиника, вип палата, слепой пациент… и тут домогательства в чистом виде. Нет, не то чтобы я был бы против или не оценил бы по достоинству такое щедрое предложение, но…
Во-первых, я хоть и ослепший, а все же мужчина и мне решать, кого иметь и когда именно. Я не подбираю всех, кого не лень. Предпочитаю если и шагать в сторону левых отношений, то предварительно все взвесив и обдумав. А случайный бездумный секс — это не для меня. Слишком брезглив. Да и было-то таких ошибок у меня всего несколько раз. А во-вторых, я больше с Ангелом так не поступлю. Мои похождения в прошлом. Я сделал свои выводы. Куда уж нагляднее? Слеп. Одинок. С тяжким грехом на душе. Ира права. Это я во всем виноват. В том, что нас не стало… Невольно вздрагиваю. Мне никогда не исправить того, что я натворил. Никогда.