— Роман, если вас… если у вас есть сомнения, то я готова уйти. Правда. Без всяких там обид...
Я внезапно разозлился. Но виду старался не показывать, чтобы не напугать ее. Слепой безумец, что может быть ужаснее? Но выбесила! Она снова мне врала. Не знаю как я это понимал, ни разу не видя ее в глаза, не зная ее характера. Но я знал, что она не хочет уходить. Как и я этого не хотел. Так какого же черта!
— Так… Ладно. Никто никуда не пойдет. Мы справимся. Тебе это нужно. Мне… тоже. Будем решать сложности по мере их поступления. Да?
Я повернул голову в ее сторону и “посмотрел” на нее. И я готов был поспорить на что угодно, что она в этот момент улыбалась! И мне до зуда в пальцах хотелось потрогать эту улыбку. Чтобы понять, как это — искренне радоваться. Но пока что это было мне недоступно и выглядело бы пугающе. Может быть потом. Как-нибудь. Она сама позволит. А до этого я буду жадно впитывать исходящие от нее эмоции, которые впитываются мне в кожу, наполняют меня непонятным мне ощущением до самых краев.
И я никогда бы никому не смог признаться, что оказывается до этого дня я не только не видел, но и не дышал. А сейчас да, вдыхаю на всю мощь легких. Глубоко и со вкусом. Дышу запретной незнакомой девочкой Аурикой. Не зная ее фамилии, ни как она выглядит и что за человек. Но как же мне… реально вкусно!
Определенно, ты сошел с ума, Белов. Так сказал бы мне Атлас. Ну и пусть. Излечиться я пока не готов. А вот составлять список необходимых покупок — очень даже!
-13-
День второй. До Нового года один день.
В этот раз мое пробуждение было комфортнее. Я открыла глаза и некоторое время просто смотрела в белый потолок, так красиво подсвеченный светодиодными лампочками. Слушала тишину. И не думала о плохом. Старалась не думать. Первые мои мысли, конечно же, были о хозяине дома, в который я так нагло влезла.
Я хихикнула и повернулась на бок. Теперь мой взгляд лениво блуждал по комнате, выхватывая из приятного сумрака очертания предметов интерьера. Кто бы мог подумать, что я, Аурика Семеновна Голубкина, буду проживать в доме Романа… эм… так, ну ладно, это ж не важно, что я о нем ничего не знаю… Просто Роман и его дом. Красивый дом. И Рома красивый. А я… да, возможно, дурочка. Но бежать, роняя тапки, уже поздно. Интуитивно я ему доверяю. Он не сделает мне больно.
Вчера мы разошлись по комнатам рано. Я отчаянно зевала и, по-моему, успела даже задремать. Но сначала мы долго составляли список. Это так интересно было… Нет, правда. Никогда бы не подумала, что продумывать, какие именно продукты купить и в каком количестве, чтобы как можно реже привлекать внимание службы доставки к нашему дому, настолько увлекательно.
Я хмыкнула и нервно растерла лицо ладонями. Оговорилась, подумаешь. Не нашему, к дому Романа. В любом случае ни ему, ни мне это не нужно. Набросали подробный список, а потом Роман попросил какую-то Джину набрать ему Виктора. Исполнительная дамочка, уж не знаю, кто она, мгновенно подчинилась. И спустя несколько минут, список, сфотографированный мною на мобильный Романа, был отправлен этому самому Виктору. А тот в свою очередь пообещал, что доставку организует на утро.
И вот сейчас я проснулась с ощущением, что это самое утро уже наступило. Без часов сложно определять. Я забрала свои вещи из кухни, которые так и валялись там, даже достала из кармана свой древний телефон, но включить его не решилась. Лучше быть в неведении который час, чем все испортить раньше времени, выйдя на связь. У меня душа болит за Мусю. Страшно. Но стараюсь отгонять от себя мрачные мысли, что она могла не подумать о себе и подставиться под удар вместо меня. Она бы не поступила так со мной. Я знаю. Не бросила бы и не вынудила остаток своей жизни мучиться от вины за ее гибель. Поэтому сцеплю зубы и буду плыть по течению, терпеливо ожидая окончания срока своего пребывания в секретном месте. Я не жалуюсь. У меня все хорошо, мне все нравится. По сравнению с тем, что со мной могло быть в том случае, если бы я осталась под опекой Ермолаева. И я совсем не возражаю, что осталась здесь, внизу, хоть Рома мне и предлагал перебраться наверх, в гостиную. Но это его предложение, оно было слегка натянутым. И я все прекрасно понимала. Его кольцо на руке не давало покоя. Вот такое же и у меня должно было быть сразу же после Нового года.
Стоп!
Я резко подорвалась с дивана и ошарашенно прижала руки к щекам. Так ведь завтра Новый год! Господи! Как я могла забыть? И вот я клуша! Мы же ничего не забросили в список для праздничного стола! А что, если Роман не согласится опять вызывать доставку?