— Роман, я еще хотела сказать… — замолчала, судорожно приводя свои растрепанные волосы в примитивный порядок. Мужчина подбадривающе махнул рукой и подошел к камину, став в свою любимую позу. И хоть в этот момент камин не горел, выглядел он не менее эффектно, чем в свете огня. Я тяжело сглотнула и попыталась вспомнить, о чем говорила. Ах, да, Новый год! — Мы забыли про Новый год!
Выпалила эту невероятную новость и нахмурилась. Не понимала, почему повисла оглушительная тишина, даже дыхания неслышно. Я не дышала в ожидании ответа, а он… С ним что не так? Рома не реагирует на предстоящий праздник так же радостно, как и я. Стоит, каменным изваянием замерев у камина.
— Нет, Малинка, не забыли. Ты извини, если я тебя огорчу и разочарую, но я не праздную Новый год. И в этот раз тебе придется его тоже пропустить…
-13.13-
Привезенные доставщиком пакеты я разбирала с унылым лицом. Меня больше не радовали ни яркие краски кухни, ни возможность удивить Романа своими кулинарными способностями. Он вообще какой-то… странный! Вот вчера был нормальный, а сегодня рычит. Взъелся на несчастный Новый год почем зря! Я спорить не стала. Кто я такая, чтобы здесь командовать? Но, конечно же, огорчилась.
« — Я и на это все, — махнул в сторону окна рукой, глубокая складка прочертила межбровье, — согласился только потому, что твой молодой организм должен питаться нормально! Мне и пиццы достаточно!
— А я и не просила всего этого. Я могу уйти, какие проблемы?
Не сдержалась, огрызнулась. Как если бы имела такое право. И испугалась своей смелости. Роман снова взмахнул рукой, а потом дернулся, словно я его в живот ногой пнула. Скривился. Отвернулся. Я ни черта его не понимала.
— Мы договорились, Аурика, а я никогда не забираю своих слов обратно. Привезут продукты, можешь готовить все, что посчитаешь нужным для своего пропитания. Но никаких празднований мы точно не будем устраивать…»
Мне было и горько, и досадно, и обидно. Если я здесь осталась, то почему он меня сторонится? Непонятно. Мне казалось, что мы теперь будем проводить время вместе, я смогу его узнать получше. Дышать им. Любоваться. А он же… прячется у себя в комнате! С момента, когда привезли наш заказ, прошел уже час, если не больше, а он даже не поинтересовался, что я хочу приготовить и как у меня вообще дела!
От отчаяния я топнула ногой и, не сдержавшись, хлопнула дверкой холодильника. Устыдилась за свой порыв. Красавчик-то здесь при чем? Погладила глянцевый бочок стального красавца и тяжело вздохнула. С мужчинами всегда так тяжело?
Обвела пустым взглядом комнату, в которой я планировала быть невероятно счастливой во время испытаний всей этой навороченной техники. Задумалась. Если он сам не идет на контакт, кто сказал, что я не могу его подтолкнуть к общению? Если он думал, что сможет меня игнорировать две недели, то ошибся. Не получится. Муся всегда говорила, что я очень настырная, могу прилипнуть так, что не отковырять без последствий.
Я широко улыбнулась и “закатала рукава”, мысленно выстраивая план по завоеванию отчужденного сердца мужчины, сидящего в своей башне.
И начну я с… картошки пюре и котлет! Банально и скучно? А вот и нет! Есть у меня свои секретики! Это будет невероятно вкусно и он такого точно не ел.
Я не знала, почему в этом так уверена. Интуиция подсказывала мне, что Роман не просто так здесь скрывается. И причина не только лишь в его слепоте. Было что-то еще. И мне так сильно хотелось ему помочь… Хоть в чем-нибудь… И еще я помнила, как Муся не один раз говорила своей подруге Кларе, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Я не знаю, так ли это, но у меня есть мужчина, есть потрясающая кухня и очень много продуктов. Я пакеты за пять заходов в дом затащила. И еще не все даже разобрала. Работать есть с чем, и над чем. Так что, будем проверять, верна ли теория Муси.
Через три часа я стояла у подножья лестницы и смотрела наверх в темноту. Тишина в доме напрягала. Сегодня в гостиной даже камин не горел. Но страшно не было. Просто как-то пусто и одиноко. Роман больше так и не спускался. И сейчас я стояла на первой ступеньке, уговаривая себя, что просто обязана подняться и убедиться, что с ним все в порядке. И позвать его на ужин. У меня подгибались колени, когда я переступала вторую ступень, затем третью. Потели ладошки, и замирало сердце. Меня туда не приглашали. Я не должна так поступать. Если бы он захотел, то сам бы пришел вниз. Аурика, не ходи туда…
Но пока я себя то убеждала, то отговаривала, ноги уже привели меня на второй этаж. В темноту. Я оглянулась на единственный источник света — гостиную. Сцепила ладони в замок и хрустнула пальцами. Нервничала.