— Кусты поливала. Сказала, что забыла это сделать в свой прошлый визит и боялась, что подохнут…
Я понятия не имел, что там с моим зимним садом. И как за ним ухаживают — тоже не знал. Но то, что растения нуждаются в регулярной поливке известно и ребенку. Надеюсь, я не облажался. От собственной лжи меня затошнило. Горечью обожгло язык. Я не должен обманывать друга. Он моя семья. Но и подставить Рику я тоже не хотел. А Атласу не понравится то, чем мы здесь занимаемся, в этом я уверен на все сто.
— Знаешь, если бы я не знал всю историю целиком, то подумал бы, что ты мне врешь и тебя навещала продажная бабочка, — он хохотнул, но как-то невесело. Я тоже хмыкнул ему в ответ. — И Аленка полив растения, еще и посуду тебе помыла?
Черт…
Он грохнул своими пустыми контейнерами об стол и принялся наполнять мой холодильник бутылками с напитками. Это привычный ритуал. Все как обычно. Да только в этот раз пустая посуда оказалась чистой. Эх, Малинка… Хозяюшка…
— Я за ней не наблюдал, знаешь ли… — будто безразлично пожал плечами и повернулся к другу лицом. — Полила кусты, может и посуду помыла. Она здесь себя чувствует, как дома.
Атлас рассмеялся. И я облегченно выдохнул. Главное, чтобы он не решил ей позвонить.
Вообще, Аленка очень хорошая. Добрая, честная, трудолюбивая. Ее очень ценят в клининговой компании “У.Ю.Т”, которой управляет наш товарищ по универу Устюгов Юрий Тимофеевич. Тоже неплохой парень. Аленка хороша в своем дела и очень ценная для меня находка. Не задает ненужных вопросов, тактичная и тихая. Но как бывает в таких случая при всех ее достоинствах есть и существенные минусы. И дело не в ее слегка пышных формах, в этом плане она для некоторых может показаться очень даже ничего. Просто Алена глуповата. Ей двадцать пять лет, а мышление у нее примерно на уровне пятого класса. И я никогда не задавался вопросами, это отклонение такое или ей так проще жить. Мне не было до этого никакого дела. Сейчас же я понимал, что при отсутствии природной хитрости у этой девушки, она точно скажет Атласову правду, если он решится на звонок. Врать эта наивная простота попросту не умеет. И не поймет, если я попрошу ее сделать это для меня. Да я и не стану…
Что же касается посуды… Грязные контейнеры и использованные тарелки с приборами я всегда хранил в шкафу, рядом с холодильником. Она никогда не стояла кучами и не создавала вид помойки. А Алене запрещено заглядывать за закрытые двери, если не было сказано иного. Она очень послушный работник. Сейчас же получается, что я изменил своим правилам?
— Ладно, это неважно, — Димон захлопнул дверку холодильника и прикрыл створку шкафа. — Пойду расчищу дорожку. Бедная… сложновато ей было продираться сквозь сугробы. Я же к тебе шел по ее следам…
Димка уже вышел за порог и даже зашуршала лопата о снег, а я стоял оглушенный его словами. Боже… Сколько раз Рика ходила к воротам за пакетами? Раз пять? И они наверняка были тяжелыми… Вот что мне стоило разрешить доставщику самому перетащить покупки к дому? Абсолютно ничего…
Я с усилием провел ладонями по лицу, попутно цепляя повязку и шрам… Как же меня это бесит! Дернул концы ткани вместе с волосами и зашипел от боли. Надо же, чувствую… А заставляя мелкую девчонку таскать тяжести, прикидывался ничего не понимающим чурбаном. Я постепенно теряю себя. Перестаю осознавать, какие вещи являются нормальными, а что попадает за грань.
Я должен прозреть! Я обязан выздороветь!
Спустя примерно двадцать минут, пока я предавался своим невеселым размышлениям, Димка вернулся. От него пахло зимой. Мороз ворвался в мой дом следом за ним, повеяло чистотой и свежестью, слегка приправленной сигаретным дымом и его туалетной водой. Я хочу не только нюхать… Я видеть хочу!
— Я тут подумал, — Атлас, не раздеваясь, плюхнулся рядом со мной на диван. Значит он не задержится. И я впервые этому рад. Хоть и не должен. Мне хотелось поскорее “увидеть” Рику. — Давай мы тебе над входной дверью камеру поставим? Давно надо было…
Я задумался. В принципе, учитывая мое немощное положение, это разумно. Да только я не боялся и не видел в этом никакого смысла. Все самое страшное уже со мной произошло. И ничего ужаснее меня уже не поразит. Разве что смерть, но она будет милосердной ко мне, я знаю… Но сейчас, когда у меня появилась Рика…
Я поморщился в ответ на свои дурацкие мысли… Она не у меня… А всего лишь в моем доме! В строении, здании, а не в душе и сердце. Там пусто и нет места для такой чистоты, как девочка Рика.