— Ну что ты кривишься? Отличная же идея, Ром. Просто в целях безопасности. Мало ли кто захочет залезть в темный дом?
Я тихонько рассмеялся и мне не нужно быть зрячим, чтобы знать, что сейчас у Атласа брови взлетели высоко вверх. Знал бы ты, брат, что это уже случилось… Но камеру я одобряю. Аурика однажды уйдет, а я могу ее не увидеть к тому времени. Не факт, что я прозрею в нужный момент. А увидеть я ее хочу. Не знаю зачем. Ощущение правильное, теплое и жизненно мне необходимое.
— А давай… — Атлас одобрительно хлопнул меня по плечу. Слегка сжал пальцы, делясь своим теплом и поддержкой.
— Тогда после праздника я подскочу. Числа второго или третьего, да?
Я согласно кивнул. В воздухе повисла неловкая пауза. У нас с ним такое в общем-то редко происходит, всегда есть о чем поговорить. А если мы и молчали, то тоже в уместных ситуациях. Сейчас я чувствовал, что Димка еще что-то хочет мне сказать и колеблется. И я, кажется, понимал, что именно он мне хочет поведать…
— Я снова их видел… Ром, это подло. Они ведут себя так, словно тебя не существует.
Я опустил голову и замер. Надеялся лишь на одно, что Рика послушается и не станет подниматься наверх и не услышит этого разговора… Почему сейчас меня больше заботит мелкая незнакомая девчонка, а не собственная жена? Что изменилось?
— С ним нужно поговорить, Белов! Он тебе не друг!
Рычание в голосе Атласа резануло слух. Я даже слегка вздрогнул. Но что я мог сделать? Наорать на Сергея? Попытаться наощупь ударить? Что? Ну что? Его не остановить, если он захотел мою жену. Как и она не остановится, если посчитает нужным меня унизить. Накажет, растопчет. А я покаянно приму ее кару.
— Оставь все как есть… Я…
Горло раздирало от удушья. Все те ласковые чувства, с которыми я сегодня проснулся, испарились, словно их никогда и не было. И мне снова придется бороться с кошмарами и хреновым настроением. Интересно, а на зрение мои эмоции влияют?
— Дурак, ты Ромыч. Я тебе предлагаю разобраться с ним. Я могу его проучить! Что ты отказываешься? Ждешь, что он ее поимеет?
Я понимал негодование друга. Но не стремился ему доказывать ту истину, что жила во мне все это время. Наказание Сергея не вылечит ни меня, ни Иру. Нельзя запретить человеку сделать то, что он сам желает. Сергей ведь не сам в этом участвует. Ирина прекрасно знает, что делает. Так к чему устраивать разборки? Да еще и с помощью третьих лиц. Нет, это определенно не мой уровень. Другое дело, что я его считал своим близким человеком, а он получается мне бьет в спину… И опять же, за это его что ли карать? А зачем? Если человек надумал предать, остановить его сможет только лишь смерть. Но убивать его никто не будет…
Атлас давно уже уехал, а я все сидел в гостиной и пережевывал свои мысли. Гонял их по кругу. Давился желчью, подступавшей к горлу. И понимал, что сейчас я не в состоянии пойти к Аурике. Не могу. Я обязательно ее зацеплю своим негативом и дурным настроением… Зачем ей эта грязь?
Поэтому я просто ушел в свою конуру. Как пес, который не нужен хозяину. Ушел, чтобы ждать и надеяться на то, что когда-нибудь я заслужу чтобы меня любили… И чтобы я любил… А я вообще любил? Что это такое? Разве любовь может разрушать? Медленно убивать?
Приняв сразу две таблетки снотворного, чего я никогда ранее не делал, потому что тогда мои кошмары становились в несколько раз хуже, я лег на кровать. Сегодня я хочу умереть. Там, во сне. Я устал так жить…
-15.15-
Дмитрий
Откуда она знала? Откуда. Она. Знала.
Этот вопрос пульсирует у меня в голове с частотой отбойного молотка. С тех пор как я покинул дом своего друга, прошло уже около получаса, а я по-прежнему сижу в машине около его ворот. Мну в пальцах третью сигарету, но не могу ее прикурить, потому что не помню, куда сунул зажигалку. Я вообще как-то резко отупел и бессмысленно еложу взглядом по салону своей тачки, не понимая, как тут оказался и что мне делать дальше.
Ромка. Черт побери, что происходит?
Когда Роза, которую я уважаю и даже немного побаиваюсь, сказала, что я должен помочь Ромке стать на путь истинный и не потерять свою истинную судьбу, я рассмеялся. Потому что это бред. Белов в такой заднице сейчас, что, услышав от меня бредовое “путь истинный” и “не потеряй судьбу истинную свою”, пошлет меня по всем известному маршруту и больше никогда не пустит на свой порог. Я волнуюсь за него, переживаю и в диком отчаянии, потому что не знаю, как помочь… Вернее, я знаю, да только он сам не согласится со мной ни за что на свете.